3
0Никакие мои уговоры не действовали…
Барон снова помолчал, как будто вспоминая что-то, и дальше заговорил тихо и почти неохотно:
-- Сын всегда был не слишком умным, но очень злопамятным. Вместо шустрого мальчишки он привел для меня десятилетнюю девочку – сироту. Да еще и насмехался, обещая матери скорую нищету. Только вот девочка оказалась умненькой и старательной…
Мне было очень жаль старика, который теперь, казалось, с трудом выговаривал слова каким-то совсем осипшим голосом.
– Я знаю про Верну, господин барон. Слышала.
Старик перекрестился, снова помолчал и тихо добавил:
– Тем лучше, Клэр. Тем лучше…
Глава 30
Разговор и сам по себе был очень тяжелый, но к концу беседы барон вовсе повел себя очень странно. Он как будто опасался чего-то и с мучительным затруднением подбирал слова. Я очень быстро поняла, что это затруднение не связано с погибшей девочкой, но совершенно не понимала, чего он опасается. Барон не отпускал меня из комнаты, но все не мог набраться храбрости и что-то спросить или сказать. Между тем время бежало, а мы все еще перебрасывались какими-то бессмысленными фразами и сведениями. Выглядело это примерно так:
-- А Нина, значит, тебе понравилась?
-- Да, господин барон. Она трудолюбивая и спокойная женщина.
-- Это хорошо…
Потом следовала длинная пауза и новый вопрос:
-- Значит, если бы Нина вернулась, тебе было бы легче? Или ты хочешь другую служанку?
-- Мне все равно какую: была бы честная и трудолюбивая."
"Эти незначительные, ни к чему не ведущие клочки беседы уже несколько напрягали меня, но когда я попыталась сослаться на дела и уйти, барон возразил. Обижать его я не хотела ни в каком случае, но просто не понимала, чем эта нерешительность вызвана, откуда странная заминка в довольно серьезном разговоре. Наконец я потеряла терпение и прямо спросила:
-- Господин барон, я вижу, что вы хотите поговорить о чем-то важном. Важном и, похоже, сильно неприятном.
Так, может быть, не стоит откладывать эту беседу?
Барон секунду молчал, потом резко и шумно выдохнул, перекрестился и пробормотал что-то вроде: «…прости меня, Господи!». После этого он наконец-то заговорил о том, что его волновало:
-- Скажи мне, девочка… Был ли мой сын с тобой настоящим мужчиной?
На некоторое время я впала в ступор, совершенно не понимая его вопроса. Потом все же сообразила. Тема, безусловно, была довольно деликатная, но, немного подумав, я решила, что старик имеет право знать.
-- Правильно ли я поняла вас, господин барон? Вы спрашиваете о том, способен ли ваш сын исполнить супружеский долг?
-- Да! – шумно выдохнул барон.
-- Он не способен на это.
Пауза была долгой. Похоже, барон догадывался, но не знал точно и сейчас обдумывал мой ответ.
