3
0
Матушка настоятельница расправила крылья. Ранее не любимая младшая дочь в семье, сейчас она могла оказывать милости не только старшим сестрам и их детям, но и престарелым родителям, не забывая уколоть властную прежде мать теми благодеяниями, которые сейчас могла оказывать. Сердце матушки настоятельницы сладко замирало каждый раз, когда собственная ее мать, когда-то дама почти гренадерского роста, а теперь высохшая и сгорбленная старуха, потупив глаза, бормотала благодарности и норовила поцеловать дочери руку. В такие мгновения от ощущения собственной власти над душами простых смертных сердце монашки таяло от удовольствия.
В городке Трокберге, что окружал наследный замок фон Трокеров и куда съезжались на главные церковные праздники окрестные бароны, стоял хороший, недавно вновь отремонтированный храм, где и столкнулись лицом к лицу барон и баронет фон Трокеры. И пятидесятитрехлетний барон с неудовольствием заметил, что его младший брат, которому едва-едва стукнуло сорок, выглядит даже моложе своих лет. Братья давно уже не разговаривали, но в этот раз баронет нарушил традицию. Внешне вполне почтительно поклонившись старшему брату, он с гнусной ухмылкой спросил:
-- Надеюсь, господин барон, вы бережно относитесь к моему будущему наследству. Я слышал, что на мельнице был пожар. Так вы уж, дорогой барон, потрудитесь восстановить, чтобы я потом не возился!
Барон сдержался просто чудом, но заметил и ухмылки слышавших эту беседу соседей, и любезность, с которой некоторые из зажиточных баронов приветствовали его недавно овдовевшего брата. Особенно отвратительным было то, что от первой жены у баронета подрастали двое крепких сыновей."
"Вернувшись в замок, барон пьянствовал два дня, а протрезвев, потребовал привести к нему дочь. Недовольно осмотрев девицу и задав несколько малозначащих вопросов, вызвал старую экономку, дал денег, отчего старуха пришла в искреннее недоумение, и потребовал сшить для дочери не менее четырех платьев на выход и двух приличных домашних.
После этого барон тихо просидел в своих покоях еще несколько дней, разговаривая только с любимым лакеем и требуя вместо привычного вина травяной взвар. А затем, выбрав из кладовой штуку сукна и штуку льна, отправился в монастырь. Это был его первый визит в монастырь со дня смерти второй жены: та скончалась от простуды в первую же зиму после принятия монашества. И тогда барон фон Трокер внес приличный вклад зерном и тканями на заупокойные молитвы. Однако с той поры прошло уже четыре года…
Невзирая на столь долгую разлуку матушка, настоятельница немедленно приняла дорогого гостя. А уж услышав, с какой бедой он к ней обращается, и вовсе пришла в восторг.
