8
0Потом мы спустились в низинку. Там стоял одинокий домик, которого как раз не было видно с дороги.
Паша рассмеялся, сказал, что мы — как Дядя Федор, пес и кот. Только коровы не хватает…
Тут мы и вышли. Мне мальчишки достали спальник. Я зашла в дом — и как стояла, так и рухнула. Проспала целый день. Когда проснулась, то обнаружила, что мальчишки вполне себе обжились.
Они натаскали воды — нашли старое ведро в сарае и колодец посреди деревни. Собрали все, чем можно было протопить печь. Открыли консервы, заварили кипятком макароны.
Когда я открыла глаза, то поняла, что в домике тепло. Но темновато. Ребята прошлись по заброшенной деревне. В дома особо не лезли, но в сараях обнаружили много чего интересного. В частности, свечи, которые сейчас и горели в комнатке, которую мы заняли.
Мне выдали миску с едой и кружку с чаем. И как только я поела, то тут же угодила на военный совет, который устроили мальчишки.
— Мам, — высказывался Павел. — Я тебя все равно не понимаю. Если Рэму грозит опасность — надо ехать к дедушке. Он поможет.
— Меня предупредили, что это бессмысленно, — тяжело вздохнула я.
— Но бежать, бросив все… Это тоже как-то неправильно, — пожал плечами сын.
— Я думаю, вам стоит оставить меня здесь, а самим возвращаться, — вмешался Рэм. — Пусть вас укроют. А меня надо предоставить моей судьбе.
Я внимательно посмотрела на него. По возрасту ему было столько же, сколько и Паше. Но по ощущениям он был намного его старше. Взрослее. И печальнее.
Сын вопросительно смотрел на меня. Он склонялся к мысли согласиться с Рэмом. Тем более тот сам предложил… Я разумом и отчаянно бьющимся внутри инстинктом самосохранения понимала, что поступить подло — это выход. Это способ выжить. Не метаться по неизвестности самой. Не рисковать Пашей.
Но отчего-то я не могла. Может, потому, что помнила хрип и затухающее дыхание своего ребенка в той проклятой аварии. А потом его крик — крик заново родившегося человека.
— Нет. Мы никого нигде не оставим. Мы будем действовать по тому плану, который придумали в Питере.
— Тогда ознакомьте меня с ним, — пробурчал мой ребенок. — А то вы меня, как маленького, разводите. Сорвали с тренировки… а ведь ты, мама, знаешь, как для меня важен сейчас каждый день! У меня отбор в молодежную сборную на носу. А я тут с вами в какой-то дыре!
— Паш, выхода не было, — ответила я сыну.
— Это я уже понял. Но тогда уж рассказывайте все как есть, — приказал мой ребенок. — А то, мамочка, твои сказки о том, что это сын подруги, которая попала в больницу, а ее ребенку жить негде… Это просто унизительно…
Теперь мы переглянулись с Рэмом.
— Прошу прощения за обман, — сказал юный герцог, глядя на Пашку. — Моя мать обратилась за помощью к вашей только потому, что нам больше не к кому было идти.
