9
0— Это смешно.
— Разве обедневшие дворяне не работают экономками или гувернантками? — возразила я.
— Да, но… Вы не выглядите как обедневшая дворянка. Слишком хорошо одеты. Слишком уверены в себе.
— Это так, — согласилась с ним я. — Но боюсь, денег от проданных драгоценностей надолго не хватит.
Он замолчал, обдумывая мои слова.
— Мда… — покачал милорд головой, — так оригинально я прислугу еще не нанимал.
— Скажите, — полюбопытствовала я, — а в прошлые разы, когда было все, как положено, вам нравился результат?
— Нет, — в глазах мелькнула усмешка, — очень не нравился. А вам так нужна работа?
— Если вы интересуетесь, как у меня с деньгами… Мы не бедствуем. Пока, во всяком случае, но есть ряд обстоятельств…
— Подходим к самому главному… Что вы хотите взамен?"
"— Хорошее учебное заведение для моих сыновей, — решительно ответила я. — Как вы понимаете, уже осень, и шансов у нас немного. Ждать следующего года — не хочется. А вы, когда подошли к скамейке, что-то говорили об организации учебного процесса. Следовательно, вы к этому имеете непосредственное отношение. И сможете нам помочь.
— А что вы только сейчас всполошились? Не летом, когда положено?
— Летом, — вздохнула я, — летом все было по-старому… Мне и в голову не приходило, что я, оставшись без крова, схватив сыновей, буду вынуждена бежать. И куда-то их потом пристраивать.
— Может быть, вам не искать сложных путей и обратиться к Его Величеству? Император суров, но милостив. И если вас преследуют… Или угрожают… Или…
— Простите, это невозможно.
— Вы преступница? Вас разыскивают за совершение какого-нибудь преступления?
— Нет, — удивленно посмотрела я на него. — С чего вы взяли?
— Я просто вас проверяю. Предупреждаю, я чувствую ложь. Продолжим?
— Прошу вас, — чуть наклонила голову я.
— Вы замышляете что-то против Империи?
— Нет, — отрицательно покачала головой я.
— Что-то против меня лично?
— Нет. Ни против вас, ни против Империи я ничего не замышляю.
— Вы хотите войти в мой дом только по тем причинам, которые изложили?
— Я хочу, чтобы мои сыновья занялись делом, чтобы они имели возможность занять то положение, которого достойны. Что касается меня — я хочу крыши над головой и…
— Договаривайте, — приказали мне.
— Не бояться.
— Вы говорите правду. Надо же, — отчего-то удивился он.
— Вас удивляют люди, которые говорят правду?
— Весьма и весьма, — улыбнулся чему-то он. — Только у меня два вопроса: как вы свое решение будете объяснять сыновьям? И под какой фамилий мы будем их зачислять на первый курс Имперской военной академии, которой я имею честь руководить?
— Насчет фамилии я не знаю. Простите. А с сыновьями я договорюсь.
— Да уж, будьте добры. Кстати, фехтуют они превосходно.
