9
0Вот и хорошо, — приговаривала я.
Подождала, пока у нее перестали трястись руки.
— Вы знаете, кто я? — спросила у нее.
— Вы та, в кого Ричард влюбился без памяти. Я вас видела в магазине. У вас было странное выражение лица.
— Я ревновала, — призналась я.
— Зря. Мы с Ричардом… Это было… Это было мое детство — даже не юность. А ведь он меня отговаривал выходить замуж за Кромера. Говорил: «Дождись нормального человека». Но семья распорядилась — а я всегда была слишком послушна.
— Зато сын у вас получился замечательный, — искренне сказала я.
— Как его уговорить вернуться в академию, а меня предоставить моей судьбе?
— Вы хотите, чтобы он был таким же послушным, как вы? И наверное, таким же счастливым?
— Жестоко, — проронила она.
— Но справедливо, — ответила я.
— Он испортит свою жизнь.
— Ваш сын живет так, как считает нужным. И это его выбор. На мой взгляд, правильный. Что касается вас — человек, опять же, живет так, как ему нравится. Если вам нравится быть послушной жертвой, то кто же в этом виноват? Это ваш выбор. Но если вы хотите жить, хотите, чтобы сын не только жалел вас, но еще и гордился вами… тогда — боритесь.
— Бороться, сидя в пещере… Это, конечно, выход, — съязвила она.
Я обрадовалась — значит, приходит в себя.
Зашел Алан с охапкой дров.
— У меня есть артефакт переноса. Я принесла его вам.
— У нас тоже есть артефакт переноса, — насмешливо посмотрел на меня юный барон. — Иначе как бы мы здесь оказались.
— Говорили, что вы будете укрываться у какой-то старой няньки.
— Там бы нас искали в первую очередь, — как несмышленой объяснил мне сын Луизы. И я зауважала его еще больше.
— С помощью моего артефакта можно путешествовать по разным мирам.
— Да это-то как раз не проблема, — улыбнулась Луиза. — Вы предлагаете так и сделать?
— Наверняка есть места, где и теплее, и лучше, — поежилась я. — Еще я захватила свой саквояж, чтобы передать его вам. Он специальный, волшебный. Там есть все — разная одежда, мелочи, золото, драгоценности.
— Щедро. Но я тоже готовился к побегу. — И Алан поставил передо мной такой же саквояж.
— Золото есть, чтобы сразу с драгоценностями не светиться? — спросила я, восхищенная предусмотрительностью молодого человека.
— Видимо, вам тоже от кого-то побегать пришлось, — тихо проговорила его мама.
— Тогда я оставлю вам лекарства. И дам совет, который мне дали перед тем, как мы начали скрываться.
— За лекарства спасибо, — сказала Луиза. — И простите за истерику.
— Ничего. Я сама была в подобном состоянии. Только меня дольше уговаривали. Так что и вы меня простите.
— Ничего, — усмехнулась баронесса.
— Так что насчет совета? — с подозрением посмотрел на меня ее сын.
— Никому ничего не говорите. Не укрывайтесь у тех, кого вы знали и кто знал вас.
