Несносные дочери леди Элизабет 2

Каждый из них представлял одну из древних добродетелей – Мудрость, Храбрость, Справедливость, Умеренность, Веру, Надежду и Любовь.

– Потрясающе, – выдохнула Амели, глядя на эту впечатляющую композицию.

Вокруг фонтанов кипела рыночная жизнь. Сотни торговых палаток и лавок образовывали лабиринт, по которому сновали тысячи людей. Воздух был наполнен самыми разнообразными запахами – пряностей и духов, свежей выпечки и жареного мяса, цветов и трав. Со всех сторон доносились голоса торговцев, расхваливающих свой товар, и покупателей, торгующихся за каждую монету.

– С чего начнём? – спросила я, слегка ошеломлённая этим буйством красок, звуков и запахов.

– Почему бы не начать со сладостей? – предложил Хэмонд, указывая на ближайший ряд, где торговцы предлагали всевозможные лакомства – от медовых пирожков до экзотических конфет, привезённых из дальних стран.

Мы направились туда, и вскоре уже пробовали знаменитые солтеррийские сладости – малуны, изготовленные из орехов и мёда, засахаренные фрукты, пропитанные ароматными сиропами, и невероятно нежное печенье с начинкой из взбитых сливок и ягод.

После сладостей мы двинулись дальше, углубляясь в ряды рынка. Хэмонд оказался прекрасным гидом, показывая нам самые интересные лавки и рассказывая истории о торговцах, многих из которых он знал лично благодаря своим торговым делам.

Когда мы дошли до ряда, где продавались травы и специи, Амели не смогла сдержать восторга. Её глаза загорелись, когда она увидела множество мешочков и баночек с экзотическими названиями.

– Смотрите! – воскликнула она, указывая на маленькую палатку, где седой торговец с длинной бородой раскладывал пучки засушенных трав. – Мехраса! Её почти невозможно найти в Лавении.

Она тут же устремилась к палатке, а мы последовали за ней, улыбаясь её энтузиазму.

– Почём мехраса, уважаемый? – спросила Амели, рассматривая медные листья.

– Для такой прекрасной юной лейны – всего пять серебряных, – ответил торговец с широкой улыбкой, которая не коснулась его глаз.

– Пять серебряных? – воскликнула Амели. – Но это же грабёж! В южных провинциях она стоит не больше двух.

– В южных провинциях, может быть, – согласился торговец. – Но мы не в южных провинциях, не так ли? К тому же, моя мехраса собрана в полнолуние, в особых условиях, что значительно увеличивает её целебные свойства.

– Я вижу по цвету и форме листьев, что она собрана как минимум три недели назад, и уж точно не в полнолуние, – парировала Амели, и я с гордостью отметила, как уверенно она держится. – Два серебряных, не больше.

– Четыре, – снизил цену торговец, явно удивлённый её знаниями.

– Два с половиной, – твёрдо сказала Амели. – И я возьму ещё горный шалфей и кошачий коготь.