Непокорная невеста

Такое ощущение, что наша помолвка уже предрешена.

– А это не так? – весело спросил он.

– Нет, – услышав резкие нотки в собственном голосе, она смягчила тон и продолжила более спокойно: – Вы не начинали официально за мной ухаживать. Фактически сезон еще даже не начался. Я не готова принять решение, пока мы не узнаем друг друга ближе.

– Понимаю.

– Правда?

– Я понимаю, чего вы хотите.

У Кассандры отлегло от сердца: слава богу, он не обиделся! Они проходили мимо картин с видами руин ночного замка, горящего старого театра «Друри-Лейн», залитого лунным светом устья реки, но сосредоточиться на живописи не получалось. Ее тревожило ощущение, что чем лучше она узнавала лорда Ламберта, тем меньше он ей нравился. Казалось, ему даже в голову не приходило, что у Кассандры могут быть свои собственные мысли и мечты. Он ожидал, как выразился его отец, что она разделит его взгляды. Как вообще Ламберт сможет ее полюбить, если ему совершенно неинтересно, что она за человек?

Боже милостивый, что будет, если она отвергнет отпрыска аристократической семьи, которого все считали совершенством? Все решат, что она сошла с ума, что ей невозможно угодить, станут винить во всем ее, а не его. И, возможно, будут правы.

Внезапно лорд Ламберт схватил ее за руку и потащил за собой из выставочных комнат в коридор.

Спотыкаясь, Кассандра удивленно рассмеялась:

– Что вы делаете?

– Увидите.

Он завел ее в пустую комнатушку – такие еще называли уютными гнездышками – и закрыл за собой дверь. Неожиданно оказавшись в темноте, она пришла в замешательство и выставила вперед руку, чтобы не упасть. Почувствовав руки лорда Ламберта на своей талии, Кассандра едва не задохнулась.

– А теперь, – раздался его самодовольный мурлыкающий голос, – я исполню ваше желание.

– Я не просила тащить меня в темную комнату и давать волю рукам, – раздраженно сказала Кассандра, несколько сбитая с толку происходящим.

– Вы хотели лучше узнать меня.

– Я имела в виду вовсе не это… – попыталась она протестовать, но его губы что есть силы прижались к ее губам и начали ерзать туда-сюда с нарастающим напором.

Ради всего святого, неужели он не понял, что она хотела проводить с ним больше времени в беседах, чтобы выяснить, есть ли у них точки соприкосновения? Испытывал ли он хоть малейший интерес к ней как к личности?

Поцелуй был грубый, почти агрессивный. Кассандра обхватила его щеки ладонями и нежно погладила в надежде успокоить, а когда это не сработало, отвернулась и выдохнула:

– Милорд… Роланд… не так напористо. Нежнее.

– Да-да. Дорогая… дорогая… – его рот снова завладел ее губами, но уже с чуть меньшим пылом.

Кассандра заставила себя не шевелиться и скорее терпела, нежели наслаждалась его поцелуями.