5
0
— Лука, господин Бошен сожалеет! Он пришёл, чтобы принести свои извинения! Он уже извинился перед дедушкой и Агатой! — говорила я, хотя знала, что в состоянии аффекта ребёнок меня не слышит.
Наконец в кухню влетел Хенрик, а за ним и Агата.
— Лука! — с болью закричал дед.
Он подскочил к мальчишке, плюхнулся на колени и обнял его, заблокировав при этом руки.
Мальчик громко рыдал, а под нашими ногами ярким, жёлтым пятном лежали растоптанные цветы.
— Извините, я наверное не вовремя пришёл, — сказал Бошен, глядя в глаза ребёнку, который смотрел на него с ненавистью.
В дальнем углу, прикрыв рот руками, стояла Агата, из её глаз текли горячие слёзы.
— Я бы хотел принести свои извинения, господин Коуэль, — обратился архитектор к Луке. — Я сожалею, что так сильно обидел вас.
Лука тяжело дышал, я стояла не шелохнувшись и понимала, что наконец-то мальчик услышал то, что ему говорили. Леонард, окинув всех нас грустным взглядом, направился к выходу. Я не смотрела ему вслед, внимательно наблюдая за ребёнком, который вцепился в шею деда. Только мы услышали звук закрывшейся двери, как мальчик в голос разревелся в объятиях дедушки.
Иногда лучшая помощь — не мешать. К тому же надо позаботиться о таверне, пока родственники утешают друг друга. В душе был неприятный осадок от случившегося. Надеюсь, что несмотря на то, что сцена вышла безобразной, это выльется к лучшему. Весь негатив, который испытывал ребёнок по отношению к постороннему мужчине, выплеснулся. Конечно, нужно ещё учить Луку правильно, не по-детски, вымещать свои обиды, но зато в душе он получил освобождение.
В зале всё было спокойно, как будто за стеной не происходило никаких драматических событий. Увидев Лайлу и дракона, с которым она пришла, я насторожилась. Парочка уже ужинала, о чем-то мирно беседуя, не обращая на меня внимания. Надеюсь, что госпожа Эртон не узнала в форме подавальщицы жену генерала Дэйва Милтона Вернона.
Подростки, пришедшие к нам поиграть, стали расходиться, я проводила их, принеся извинения за Агату, сообщив, что ей пришлось срочно по семейному делу отлучится. Когда пришло время рассчитать Лайлу Эртон, я немного внутренне напряглась, готовая к любому повороту событий, но женщина даже не посмотрела в мою сторону, пока её спутник оплачивал счёт.
До последнего клиента я работала в зале одна, лишь когда я стала убираться в зале ко мне спустился Хенрик.
— Как Лука? — спросила я грустного деда.
— Уснул. Это я виноват. Надо было господина Бошена сначала отправить поговорить с внуком, а потом уже отпускать на беседу к тебе.
— Я тоже не подумала о чувствах Луки, когда увела Леонарда.
