5
0Наверное, ему плевать было на ее презрение, но она ничего не могла с собой поделать, опасаясь, что, если вдруг он заговорит с ней, она вцепится в/его гладкую лоснящуюся харю и закатит такой скандалище, что уже никакой Васятка не поможет.
— Ладка, ты чего молчишь? — осторожно позвала Александра. — Обиделась, что ли?"
"— Конечно, — с готовностью согласилась Лада. — Конечно, я обиделась. Ты же мне не рассказываешь, каков твой новый муж в постели. И вообще, Потапова, как ты решилась переспать с чужим человеком? Ты же у нас образец высокой нравственности и моральной чистоты.
— Пожила бы ты с бабой Клавой, тоже была бы образцом нравственности и чистоты… — пробормотала Александра.
Но если честно, ответа на Ладин вопрос она не знала.
Когда Филипп позвонил ей и сказал, что согласен жениться, только если она будет с ним спать, она испытала сложное чувство. С одной стороны, ей вдруг стало противно и страшно, хотя, когда она так навязчиво предлагала ему себя и свою квартиру в придачу, ей казалось, что все будет легко и просто, — после всех бед мужчины для нее перестали существовать. С другой стороны, его намерения ей почему-то польстили.
Впрочем, понятно почему — она была уверена, что уж спать-то с ней он никак не захочет, а тут, поди ж ты, наоборот…
— Баба Клава тут ни при чем, — задумчиво сказала Лада. — Ее уже два года как нет, а ты все еще образец. Хотела бы, давно б загуляла…
Слушая вполуха Ладины рассуждения о жизни и любви, Александра думала о том, что уже скоро десять, а следовательно, вот-вот явится муж. За две с половиной недели она привыкла к тому, что он приезжает примерно в одно и то же время, а если задерживается, то всегда звонит. Недавно Александра с изумлением обнаружила у него мобильный телефон. Дорогая игрушка как-то выбивалась из его общего сиротского стиля, но попросить объяснений она не решилась. В конце концов, это вовсе не ее дело.
В замке деликатно щелкнул ключ, и Александру с ног до головы обдало ледяной волной.
— Приехал! — гиппопотамским шепотом сообщила она Ладе.
— Кто, турок? — заинтересовалась Лада. — Уже зашел, да? Ты где? На диване или на кухне?
— На ди… на диване, — выговорила Александра. Проклятая трусость! Наверное, она никогда не научится вести себя со спокойным достоинством.
— Я приехал, — негромко окликнул ее Филипп из прихожей. — Алекс!
Это чудовищное имя он дал ей еще на Викиной вечеринке, и с тех пор так ее и называл. Алекс! Подумать только!
— Я здесь, — сказала Александра. — Лад, ты прости меня, я больше не могу разговаривать…
— Ты вполне можешь разговаривать, сколько тебе нужно, — сказал Филипп, услыхав последнюю фразу.
— Он говорит, что можешь, — сообщила в трубку неугомонная Ладка.
