5
0
Именно Андрей Победоносцев обнародовал «секретные» материалы Ивана Вешнепольского, не побоявшись бросить вызов могущественному чиновнику, позабывшему, что такое честь.
Именно Андрей Победоносцев заявил на всю страну, что Глебов взяточник и махинатор. Можно сказать, крикнул. И никто его не поддержал.
В могучем хоре его голос не потонул, а остался, так сказать, соло. И Андрей был совершенно уверен, что вице-премьер расслышал его очень хорошо. А с ними, с вице-премьерами, хрен поймешь — сегодня он безработный или подследственный, а завтра, глядишь, уже премьер… Опала опалой, но неизвестно, сколько она будет продолжаться и чем для вице-премьера закончится. Может, повышением. Тогда Андрея Победоносцева ждет, как бы это сказать… понижение… Узнал же он откуда-то о готовящемся ударе. Узнал и соломки подстелил, зараза…
На даче у Викиных родителей было просторно и красиво. Как в Лувре. В Лувре Андрей не был, но так он себя здесь ощущал.
Вика о чем-то думала, задумчиво включая и выключая ногой торшер светлого дерева с резными фарфоровыми купидонами, на котором Андрей однажды прочел имя мастера.
— Да не вылезет он, — убеждая скорее себя, чем Андрея, проговорила она. — Нечего даже и думать. Но кто же его предупредил? Ладно, бог с ним… В случае чего… Да нет, не будет ничего такого.
— Чего не будет? — Раздражение и испуг смешались в душе Андрея. — Чего? — повысил он голос. — Не темни, Вика, я тебя умоляю!
— Не надо меня умолять, — холодно сказала она. — Ничего не будет. И не пугайся ты каждого звука, так ты меня с ума сведешь. Ну, плохо, конечно, что его не додавили…
— Я же тебе говорил! — закричал Андрей, моментально теряя над собой контроль, однако следя за тем, чтобы не выплеснуться за пределы, когда уже нельзя будет взять себя в руки. — Я тебя предупреждал, что меня подставят!
— Подставили Вешнепольского, а не тебя, жалкий деревенский сопляк! — проговорила его женушка с таким презрением, что он даже попятился. — Ты же ничего не можешь. Еще ничего не произошло, а у тебя поджилки трясутся! Не смей устраивать мне сцен, недоносок! Лучше займись своей сукой, которая уж точно в курсе всех дел.
Андрей хотел закричать, но раздумал и спросил, опять с замиранием сердца:
— Каких дел?
— А таких, — сказала Вика. — Все забыл с перепугу? Она фильм делала? Она. А какой фильм вышел — тот, что она сделала? Не тот. И она это где хочешь заявит. Хоть в прессе, хоть в прокуратуре. Ладно бы Глебов в тюрьме сидел, а так… Что, если кто-нибудь из его стаи примется копать и до нее докопает?
— Она не знает, что монтировала ту кассету для меня, — возразил Андрей."
"— А то она эфир не видела! — воскликнула Вика. — Нет, ты и вправду того или притворяешься? Она в титрах твоей программы была, придурок! А кино она монтировала совсем не то.
