4
0
Я прохожу в просторный мрачный холл. Вот, значит, где обитает дракон. Обстановка массивная, скупая. Превалируют темные сдержанные тона, много дерева и бронзы.
В глубине холла стукает дверь и появляется Рэм. Он в низко сидящих брюках и майке без рукавов, волосы спадают на потный лоб, в руках держит боксерские перчатки. Широкая грудь вздымается, дракон буквально пышет первобытной силой и тестостероном. Черт...
Голубые глаза задерживаются на мне.
— Колин, проводи, леди Мойрош в гостиную. Я приведу себя в порядок и спущусь, — произносит Рэм хрипловато.
47
Колин предлагает мне на выбор чай, кофе, легкие закуски, но я от всего отказываюсь. Не пошел мне на пользу тот лимонад — во рту осталась неприятная горечь. Поэтому прошу воды.
Сажусь в кресло и оглядываю темно-бордовые гардины, картины на стенах. Всё баталии или морские пейзажи. Дворецкий приносит воду в высоком стакане и удаляется.
Делаю глоток, смываю горечь.
Между тем в дверях появляется Рэм. Рукава белоснежной рубашки закатаны, волосы зачесаны назад и еще немного влажные после душа, подбородок идеально выбрит.
Он садится напротив меня в кресло и кладет на журнальный столик папку с документами. Молча. Взгляд нечитаемый.
Провожу рукой по горлу и пытаюсь сконцентрироваться. Ощущаю в мышцах странную легкость и голова какая-то пустая.
Рэм изучающе смотрит на меня, но несколько вдохов-выдохов помогают собраться с мыслями. Изучаю документы и усмехаюсь. Интересные творятся дела.
— Шейла подлила вам приворотное зелье? — поднимаю глаза на Рэма. — У вас появилась прекрасная возможность оправдать себя, генерал Грэхем.
Рэм водит большим пальцем по нижней губе, глаза его становятся холодными.
— Я не привык прятать голову в песок. После того как переселил жену в старый дом, пригласил Шейлу в ресторан. Не смотрел на нее серьезно, скорее, как на развлечение на одну ночь. Не был даже уверен, что оно того стоит.
— Она ведь была подругой... — запинаюсь.
— Подругой Анны? — генерал приподнимает брови. — Какая она подруга? Не знаю, зачем Анна с ней якшалась. Но не суть.
Он отвернулся, глядит куда-то в окно вспоминая прошлое.
— В ресторане она налила мне в бокал зелье. Тем не менее это не отменяет того, что я поставил жену под удар. Ощущение поганое, знаешь... как если бы подставил отряд своих солдат. Пока не нашел Агнес Фьерд и не убедился, что Анна выжила, чуть не сдох.
Он не смотрит мне в глаза, странно, что вообще решился на откровения. Вижу, что ему трудно признавать вину.
Опускаю взгляд и тихо слушаю генерала.
— Понимаешь... Анна. Буду так тебя называть. Я считал тогда, что прав. Был уверен. А потом представил, что она пережила, что ее, возможно, убили...
Он поворачивается ко мне.
— Но это моя боль. Мне с ней жить.
Рэм снова замыкается в себе, снова обрастает броней.
