4
0
Они смотрели на Анну свысока, но сами не гнушались грязных методов, чтобы отнять наследство бабушки. Они считали ее нищенкой, но не постеснялись прийти сюда и вымаливать помощь.
Попытки леди Мойрош сохранить гордость выглядят настолько жалкими, что я кривлюсь. Мне невыносимо находится с ними в одном пространстве.
— Уходите, — бросаю коротко.
«Тетка» закатывает глаза. Сестрица подходит и берет ее под руку. Смотрит на меня злыми глазами.
— Я болею, — слабым голосом произносит леди Мойрош. — Мой муж уничтожил нас, Анна. Он во всем виноват, он связался с этой Шейлой и науськал ее. Я ни о чем не знала.
Сестрица кивает, безмолвно подтверждая слова своей матери. Но я-то читала дневники Анны. Эта бледная поганка была подругой Шейлы.
Роммер рассказал мне, что любовница Рэма обвиняла именно женщин семьи Мойрош. Они, вот эти две лгуньи, придумали план с зельями. Они подлили первые капли в чай Анны, когда она гостила у них. Они оклеветали Анну, повесив на нее обвинение в воровстве.
Патрик замер поблизости, готовый в любой момент вывести родственниц под белы ручки.
— Анна, — сестрица выходит вперед. — Не губи нас, дай показания против папеньки и мы с мамой уедем.
Забавно, они хотят повесить все на лорда Мойроша?
— Император присудит нам работы при монастыре, — шепчет леди Мойрош. — Рубища, стриженные головы, каждодневные молитвы и тяжелый труд. Я не выдержу.
И тут они бухаются передо мной на колени.
— Анна, я каждый день теряю силы от стресса, — леди Мойрош сглатывает слезы, а ее дочь судорожно комкает ворот блузки и смотрит исподлобья со жгучей злобой.
Я отшатываюсь. Они валяются на полу, но мечтают вонзить в меня зубы. Они ненавидят меня за свое унижение.
— Убирайтесь отсюда, — делаю знак Патрику выгнать преступниц из дома. — Если вы невиновны, никто вас не станет отправлять в монастырь.
Дворецкий поднимает с пола леди Мойрош и ее дочь. Они пытаются возмущаться, а я просто разворачиваюсь и ухожу. Не хочу слышать их выкрики.
На кухне завариваю себе чай и некоторое время прихожу в себя. Суд, если честно, меня тоже волнует. Придется пройти по острию ножа, ведь я не Анна. Давать показания придется очень осторожно, чтобы нигде не запутаться.
У меня сохранились медицинские справки Анны с диагнозом бесплодия, но сейчас этой проблемы, скорее всего, нет. С моим появлением тело Анны восстановилось, уровень магии поднялся. Да и сама магия видоизменилась.
В чем именно я должна обвинить родственников, чтобы не зарыться? О ритуале и его причинах рассказывать нельзя. Впрочем, и того, что я смогу озвучить, достаточно, чтобы засадить родственниц в монастырь.
В дверях появляются Флора и Лави.
— Мы уже собрались, — крутится вокруг своей оси малышка, демонстрируя милое летнее платье в горошек.
— Одну минутку, — улыбаюсь я.
