2
0
Тем не менее, я была здесь, и, что характерно, это был даже не первый раз, когда я шпионила за своей младшей сестрой с помощью надежного приложения для отслеживания и следовала за ней туда, куда не стоило бы. Хотя в следующий раз я предпочла бы вечеринку братства, для которой была слишком стара, а не склад, где пахнет тухлой рыбой и застарелым потом.
Боже, это было ужасно. Но не настолько ужасно, чтобы повернуть назад.
Моя младшая сестра в свои девятнадцать лет находилась где-то в этой опасной лачуге, и я не собиралась уходить без нее, даже если бы мне пришлось тащить ее за уши.
Я проигнорировала грызущее меня беспокойство, что неприятности, в которые попадает Люси, только нарастают. Все началось с драк в школе. Потом кражи в магазинах. Затем незаконное распитие спиртных напитков. И совсем недавно - свидания с бесперспективными неудачниками.
Я понятия не имела, во что она ввязывалась. Она не разговаривала со мной, хотя мы были единственной семьей, которая у нас осталась. Детство в Доме Милосердия, приюте, в котором преподавали монахини, превратило меня в пристыженную приверженку правил, но на Люси это произвело обратный эффект.
Тем не менее, серьезный разговор был явно необходим. Тусоваться в заброшенном доме, похожим на декорации к фильму ужасов, было не лучшей идеей. Что дальше? Я содрогнулась при мысли об этом.
Мой кроссовок надавил на осколок битого стекла и издал громкий хрустящий звук. Я замерла. Я все еще находилась в большой комнате, куда пробралась первым делом. Старые ящики и другое транспортное оборудование были беспорядочно сложены вдоль одной из стен, оставляя множество темных уголков и щелей, где глаза могли незаметно наблюдать за мной.
По одну сторону длинной комнаты тянулись разбитые окна, а верхний подиум охватывал весь этаж. Металл скрипел, в то время как ветер свистел сквозь зияющие оконные рамы.
Забирай Люси и убирайся отсюда, - призывал внутренний голос. В таких местах, как это, не случается ничего хорошего. Что ж, это было чертовски очевидно, но я не видела ни единого признака моей непутевой сестры, несмотря на то, что мигающая точка в приложении уверяла меня, что она где-то здесь."
"Было трудно отмахнуться от моих обостренных инстинктов самосохранения и прокрасться дальше на склад. Я всю свою жизнь старалась держаться подальше от неприятностей, хотя расти в Доме Милосердия было не так-то просто. Мне было тринадцать, когда мы оказались там, и все, что сказала социальный работник, похлопав меня по руке, - это то, как повезло, что меня не разлучили с сестрой. Правда, наш папа только что умер, его застрелили в случайной перестрелке, пока он стоял в очереди за едой на вынос.
