3
0
Ловлю на себе его взгляд, недоверчивый, недоумевающий, и быстро поясняю:
— Это все понарошку, не переживай! Мы должны будем с тобой поехать к сиру Крёзу на званый обед и изобразить там жениха и невесту. Ради Гретты, понимаешь? Чтобы она смогла выйти замуж. Сир Фрёд очень хочет для нее удачного замужества…
Мой собеседник по-прежнему суров и похоже не собирается довольствоваться моими сбивчивыми признаниями. Он умудряется и сейчас своим взглядом выворачивать наизнанку мою совесть. Я как будто слышу его мысли: «Ты решила использовать меня? Разыграть, как пешку в чьей-то игре? И с чего ты решила, что тебе подыграют?»
Я не настолько глупа, чтобы пытаться соблазнить его дорогими деликатесами, и приятными глазу декорациями в богатом доме Крёза.
Понимаю вдруг, что таких причин нет.
Это я затеяла весь балаган. И расхлебывать его предстоит только мне.
В один миг грудь сдавливает тоска. В последний раз я испытывала такое на свадьбе мамы и сира Фрёда. Вокруг есть люди, и даже много людей, а в душе острое чувство одиночества.
Едва сдерживая слезы, небрежно пожимаю плечами:
— Ты вообще-то не обязан… Не хочешь ехать — не надо, сама как-нибудь выкручусь. Скажу, что ты заболел или еще что-нибудь придумаю. Но тогда, боюсь, тебе придется в самом скором времени покинуть замок. Потому что отчим согласился оставить тебя в покое, пока ты хоть как-то содействуешь его планам.
Слеза все-таки сползает на щеку, как ни пытаюсь ее удержать. Поскорее отворачиваюсь, чтобы незаметно ее смахнуть.
Не хочу выглядеть перед ним слабой или того хуже истеричной.
Внезапно мое лицо тонет в его крупных ладонях. Он поворачивает меня к себе и ловит мой взгляд, немного затуманенный влагой. Подушечкой большого пальца стирает слезы с щеки. Мягко, бережно, неторопливо. Такой деликатности от рук дикаря, легко ломающего кости, я не ожидала, поэтому путаюсь в феерричной нити происходящего.
Он тихо спрашивает:
— Ты правда хочешь, чтобы я с тобой поехал?
Утвердительно киваю, и с робкой надеждой вглядываюсь в его глаза.
— Хорошо, — соглашается Хродгейр. — Тогда я отправлюсь туда в той одежде, которую выберу сам.
— Хорошо.
— Значит, так тому и быть.
Мне трудно поверить в его сговорчивость. Хродгейр только что согласился отобедать в кампании ненавистных ему снобов. Разыграть роль моего жениха. Слукавить. И все это ради меня! Ради меня?!
Мне же это не снится?
В потемневшем золоте глаз жадно высматриваю ответы. Вместо того, чтобы ясность нащупать, окончательно там теряюсь. Огненные вспышки в янтарных радужках.
