3
0
— Что тут непонятного? Сородичи накажут Айрин за то, что та разболтала эльфийские секреты человеку, а мне сотрут начисто память. Не хочу начинать жизнь с нуля, и Айрин жалко… Она же не специально… Я ее случайно взбесила, когда отказалась убирать вместо нее класс. Айрин парализовала меня заклятьем, потом я ее парализовала в отместку. Так мы и подружились…
— Сотрут тебе память, говоришь, — задумчиво хмыкает он, и между бровей прорезается морщинка. Руки недоверчиво складывает на груди. — Занятно. Правда ли она в это верила? Сколько, говоришь, в твоей школе обучалось эльфиек?
— Одна.
— Вот как! — его недоверчивый прищур становится еще уже. — Что высокородная забыла в школе для простых смертных?
— Зачем ты так? У нас хорошая школа и наставницы прекрасные, с богатым опытом. И люди к нам постоянно приходят лечится. Мы на них практикуемся под руководством наставниц. Там любому будет наука, даже эльфийкам. Их в эльфийских школах вряд ли учат, как травами лечить по-настоящему больных людей.
— Действительно. Куда им, вооруженным магией, тягаться с вашими травами! — бубнит Хродгейр, усмехнувшись.
— Ты меня допрашиваешь, как подозреваемую в суде. В чем ты меня подозреваешь? Что я подмазалась к Айрин в подружки, чтобы она научила меня магии? Или в чем-то еще более «преступном»? — огорченно развожу руками.
— Тебя конкретно я ни в чем не подозреваю. Вот вокруг тебя много неясного.
— Так давай разбираться вместе! Что не так в моей истории? — на этих словах невольно зеркалю его позу, скрестив руки на груди. Однако вместо ответов он продолжает допрос.
— Опиши мне реакцию Айрин, когда ты ее парализовала в первый раз.
— Ну… Какая реакция может быть у парализованной человеком эльфийки? Кричать не могла, шевелиться тоже… Только побледнела, в ужасе вращала глазами и выразительно моргала… Еще мычать пыталась. Потом под конец успокоилась. Сказала, что у меня талант к магии. Что нашла родственную душу. Предложила обучать некоторым заклинаниям, чтобы веселее время бежало.
— Так ей было скучно в вашей школе до встречи с тобой?
— Да, — вспоминаю насупленное личико эльфийки, ее отсутствующий взгляд на первых уроках.
— Айрин говорила, по чьей инициативе приехала в эту школу?
— Старейший в ее общине настоял. Сказал, что видел человеческую школу знахарей в судьбе девушки. Ни один эльф не имеет права спорить с судьбой — так что ей пришлось подчиниться.
— Как звали того старейшину?
— Кажется, Финдис… Или Фундис… Или Фогдис… Точно помню, что имя начиналось на «ф» и кончалось на «дис».
