Не притворяйся

Он даже в мыслях толком не формулируются, хоть его смысл и понятен.

– В общем, я выбрал самый примитивный способ завоевать авторитет – самоутвердиться через кого-то ещё, – кажется, Кириллу вопросы и не нужны, он мне сразу всю правду вываливает. – Я включился в разговор одноклассников о случившемся. Там не только девчонки уже были, но и парни подтянулись. Обсуждали тебя.

Я поджимаю губы. Неприятно это выслушивать и мысленно в тот день возвращаться. Всё-таки это был, пожалуй, самый постыдный момент в моей жизни. Да ещё его и активно обсуждали за спиной, оказывается. Нет, я догадывалась об этом, но не рассчитывала, что такой большой компанией и так активно.

На следующий день ведь всё притихло, вот я и думала, что ажиотажа не было.

Но сейчас что-то мне подсказывает, что его не было совсем по другой причине. Причём не было именно для меня. Иначе бы Кирилл так не мялся, рассказывая мне об этом.

– Короче, в процессе обсуждения ситуации речь зашла о том, что ты ещё ни с кем не целовалась и все сильно сомневаются, что тебя возможно раскрутить на это, не говоря уж о постели, – чуть тише добавляет Кирилл. Но как бы ему ни было неловко мне об этом говорить, мне в сто раз дискомфортнее.

Я ведь так стеснялась своей неопытности перед ним, гуглила, как правильно целоваться, а он, оказывается, и так знал. – Твои одноклассники тебя считают очень правильной, которая типа только после свадьбы будет всё это делать. Думают, что у тебя принципы. Вот я и поспорил с ними, что раскручу тебя на постель до конца первой четверти. Хотел так приковать к себе внимание, свою крутость продемонстрировать.

Я, кажется, дышать перестаю. Такой дурой давно себя не чувствовала. Возможно, даже в тот день, когда Глеб послал меня при всех с моими объятиями, не так сильно ударил, как сейчас.

Я ведь буквально только что уверяла Кирилла, что вот мой класс не такой, что у нас тут дружба и приколы безобидные. Ага, сейчас. Тут, оказывается, подлянки и сплетни за спиной. И тот, кого я считала образцом рассудительности и мудрости, в эпицентре этого абсурда.

Наивная идиотка. Как же тошно от всего этого.

– И я действительно оказался в центре внимания, – вздохнув, продолжает Кирилл. – Все ко мне тянутся, хотят подробности узнать, тусить вместе предлагают и вообще… Только чем больше я с тобой вижусь, тем сильнее понимаю, что вся эта херня – не для меня.

Вот ты – настоящая, не строишь из себя ничего и искренне чувствуешь. Мне с тобой гораздо приятнее, чем быть да хоть королём пустых людей.

Я не отвечаю, лишь смотрю тяжёлым взглядом, причём даже не на него, а куда-то в сторону. Боюсь, что просто разревусь, если его глаза увижу.

Да как бы он сейчас меня ни расхваливал и ни жалел о своих решениях, не думаю, что смогу воспринимать его, как прежде. И доверия больше нет.