6
0
Конечно, в свое время было много разговоров и сплетен о том, что заставило герцога Берниала указать в завещании своим преемником жену, а не кого-то из сыновей — старшего Сайрона или младшего Дорталя Аль-Таундсен. Однако оспаривать его решение не стал никто — ни сами сыновья, ни младшие братья лорда Берниала. Да и король не выказал никакого недовольства или удивления по этому поводу. Тем более что, леди Аурелия всегда была в хороших отношениях с королевской четой. И особенно с королевой, с которой была дружна еще с юности.
Послезавтра в замке ждали прибытия семьи жениха ленни Стефианы, старшей дочери Сайрона Аль-Таундсен и его жены Дельфины Эльф-Бритт.
Планировался большой бал и официальное оглашение помолвки Стефианы с Виароном , наследником клана горных драконов. По этому поводу все в замке пребывали в нервно-восторженном состоянии, а сама Стефи не находила себе места от волнения, измучив переживаниями и себя, и всю семью.
— Леди Траттиана, немедленно пройдите в комнату сестры и помогите ей успокоиться! — услышав голос бабушки, Тратти Аль-Таундсен, младшая внучка леди Аурелии поморщилась и попыталась слиться с портьерой, за которой пряталась в библиотеке.
Книгу девушка случайно обнаружила на прошлой неделе в лавке артефактов и древностей, когда ездила с семьей в столицу за покупками. Пока сестра и мама делали заказы в салоне самой модной портнихи, Тратти сбежала и направилась по более интересным для нее местам — магазинам артефакторов и лавкам целителей. Вот в одном из таких мест девушка и обнаружила трактат магистра Фоля.
Стоила книга несусветных денег. Гораздо, гораздо больше, чем у Тратти было в наличии. И больше, чем она могла попросить у мамы или сестры. Тем более что, все свои карманные деньги за три месяца вперед она уже потратила, накупив интереснейших книг по магическим плетениям и боевым щитам.
Но, едва увидев ЭТУ книгу, девушка поняла, что без нее из лавки не уйдет. Потому отодвинув в сторону мысли о своем происхождении, благородной драконьей крови и принадлежности к древнейшему роду, Тратти ринулась добиваться снижения цены на вожделенную книгу.
Торг был такой отчаянный, что владелец лавки [1], пожилой гном, немало повидавший на своем веку, был ошарашен и даже возмущен: чтобы благородная леди из уважаемой, богатой семьи вот так торговалась? Как матерая торговка рыбой на гномьем базаре. Невиданное и неслыханное дело! Обычно такие девицы или платят, не споря, или, громко хлопнув дверью, возмущенно покидают его лавку, не добившись желаемой цены. Но эта была какая-то неправильная.
