Не хочешь по-хорошему?

— Мне тут показали пару кадров с вечеринки в клубе Малибу, — услышав мои слова, Ольховский весь подбирается, и я вижу как его лицо заливает краска. — И я понял, зачем тебе нужно было прикрытие в виде невесты с ребенком.

Молчит, явно растерявшись, а я хлопаю его по плечу и склонившись ближе повторяю, чтобы до него дошло.

— Вали отсюда нахер и не смей попадаться на глаза ни мне, ни Лине, иначе твои голубые приключения станут достоянием общественности, — отстраняюсь, равнодушно глядя на красное лицо Ольховского, а потом киваю в сторону его машины. — При следующей встрече я превращу твою морду в фарш, не забывай об этом… Иди, думаю у тебя есть другие способы приятно провести вечер.

Он уезжает, а я делаю глубокий вдох, понимая, что не отказался бы сейчас от сигареты, но решил же бросить…

— Все в порядке? — аромат сводящих с ума духов окутывает, и я оборачиваюсь к Лине, задумчиво кивая.

Касаюсь ее губ в мимолетном поцелуе и отстраняюсь, указывая взглядом на дверь ресторана.

— Иди, пришло время директору встречать гостей… — нехотя выпускаю малышку из объятий, но она сжимает мою кисть и улыбается.

— Директор вдруг решила, что хочет делать это, стоя рядом со своим будущим мужем, — крепче сжимает мою руку, а ощущение, будто сердце в ней держит.

Спрашивает, а я стою как последний идиот и молчу, глядя на девушку, которая с самого первого дня нашей встречи течет по моим венам, отравляет кровь своим сладким ядом, сводит с ума своим присутствием.

— Люблю тебя, — притягиваю малышку ближе и жадно впиваюсь в сладкие губы, наплевав на начавших собираться гостей. — Ангел…

— А я тебя люблю Хасанов, — отвечает на поцелуй, а потом с улыбкой отстраняется и подкалывает меня моими же словами.

БОНУС

Палата ярко освещена, медицинские работники снуют по ней как муравьи, но я сам устроил так, чтобы все было под контролем, ведь моя жена только что родила мне дочь.

— Арман, пожалуйста не забывай, что матери тоже нужно подержать ребенка, — Ангел произносит это строгим тоном училки, а я не могу сдержать улыбку на лице, которую адресовал совсем не супруге, а маленькой крошке, которая сейчас мирно спит у меня в руках. Как только она появилась на свет, малышку тут же положили на грудь матери, но Ангелу пришлось ненадолго отвлечься и она передала ее мне.

— Тише, любимая, разбудишь… — негромко ответил и бережно перехватил дочь, укладывая удобнее. Все никак не мог устроить ее в своих руках, она такая крошечная что боишься рядом с ней дышать. — А тебе разве не нужно отдыхать? Может поспишь?

— Хасанов, — с улыбкой простонала, и я сдался.