0
0
– Это не…
Начинает Михаил фразу и замолкает вдруг, запинается, осекается.
Глаза у него вспыхивают, будто только доходит смысл сказанных мной слов.
– Развод? – повторяет слово и вроде как вопрос задает, каменеет тело его, а я начинаю холод чувствовать. Мороз по коже идет от его интонаций.
Киваю, а сама на Михаила смотрю. На то, как замирает и снег кружится за его спиной в панорамном окне, бьет крупными хлопьями.
Красиво… Черт возьми…
А у меня душа замерзает, льдом всю изнутри сковывает, пока я смотрю в родное лицо, впитываю в себя безупречные черты, мягкие, сочные губы, которые сейчас сжимаются в тонкую линию.
Сердце у меня кровью обливается от осознания, что эти губы сейчас другую целовали…
Давлю в себе мысли. Не сейчас. Не хочу плакать. Не хочу…
– Яна… – выдает с нажимом, глаза свои прозрачные щурит, брови хмурит.
А я смотрю на него и понимаю, как между нами стена встает. Прямо сейчас. В эту секунду непреодолимая преграда встает и тот, кто еще утром был самым близким, отдаляется, его уносит от меня на километры.
Мне становится холодно. Словно кто-то кондиционер включил, и он обдувает меня со всех сторон.
Так странно. Словно пелена с глаз падает, и я смотрю на Михаила. Заново его вижу будто. Вот он. Успешный. Яркий. Тот, кто взял разгон и покоряет мир бизнеса, завоевывает, подчиняет. Жесткий. Жестокий. Умеющий подчинять. Ставящий цели и достигающий их. Ему всегда мало. Власти мало. Он, не останавливаясь, достигает все большего и большего.
Когда я стала ему неинтересна?
С моими вечными переживаниями по поводу не наступающей беременности, сомнениями и болью, слезами.
Наскучила. Он весь в бизнесе. Весь на взлете. А я заперла себя дома, ушла в быт, в заботы о доме, так и диссертацию свою забросила, хотя оставалось, в принципе, только дописать…
В моем мире в какой-то момент остался только Михаил. Наш дом, уют, который я создавала, мои мечты и надежды, что у нас появится малыш…
А вокруг него… вокруг него эффектные и цепкие Тины… Большие деньги, высокие ставки.
Когда я перестала соответствовать его запросам?
Хотя… Я не соответствовала никогда. Сама знала, что такой мужчина, как Михаил, птица высокого полета, и хищник устал играться с дичью.
Больно.
Он изменился, а я осталась его Яной, его девочкой, которая любила его, теряя в чувствах себя, еще утром все было нормально и эта картина мира казалась мне единственно верной, а сейчас так ярко вспыхнул изламывающий меня изнутри вопрос – а нужно ли было ему это?
Только мне… Иначе не нашла бы на его столе другую…
– Зачем ты пришла?
Спрашивает с нажимом. Глаза у него сверкать начинают, скулы заостряются. Злится. Вижу это.
