Не гадайте на любовь

Несмотря на то что стоимость лечения у нас меньше, чем в Германии или Израиле, мне все равно не хватает половины суммы, — Тищенко озвучила цифру. — Когда я отказалась от денег, Валерия Николаевна сказала, если я вдруг передумаю, то могу к ней обратиться за своей долей. Полгода назад я была уверена, что ни за что и никогда не сделаю этого. Но теперь, когда появился реальный шанс спасти сына, я поняла, что готова пойти на все, даже унизиться до просьбы… Анисимова мне сегодня отказала, не сдержав своего слова. Так что я тоже имею полное право его не сдержать…

— Вот, — я достала из кошелька практически все его содержимое. Пересчитав купюры, я поняла, что это чуть больше половины требуемой суммы. — Возьмите пока это. У меня с собой больше нет. Но завтра, обещаю, я подвезу вам оставшуюся часть в любое удобное для вас место…

— Завтра, — горько усмехнулась Тищенко. — Я много раз слышала это слово… Для меня «завтра» все равно, что никогда.

— Вы не поняли, я не пытаюсь вас кинуть. Раз пообещала решить вашу проблему в обмен на интересующую меня информацию, значит, решу. Просто у меня с собой нет больше наличных. — Я положила Лидии на колени пачку крупных купюр.

— Неужели то, что я вам сейчас рассказала, этого стоит?

— Не стоит, — честно призналась я. — Но когда речь идет о здоровье ребенка, торг неуместен. Так куда мне завтра подвезти вам деньги?

— Если не трудно, то во вторую градскую больницу, в хирургическое отделение.

— Договорились.

— Спасибо. — Лида убрала деньги в свою потрепанную сумочку, открыла дверцу и, прежде чем выйти, спросила: — Как вас зовут?

— Это неважно.

— Я поставлю свечку за ваше здоровье.

— Полина, — ответила я.

— Спасибо вам, Полина. Вы позволите дать вам один совет?

— Давайте, — как-то машинально ответила я."

"— Вы мне сказали, что вас кто-то нанял, чтобы наказать тех, кто виноват в смерти стариков… Вы добрая девушка, а взялись за недоброе дело. Откажитесь от насилия. Не гневите Бога.

— Я взялась за это, чтобы остановить распространение зла. Вы, Лидия, остановились сами, чего нельзя сказать о Нефедове, Анисимовой…

— Вы думаете, что они продолжают испытывать лекарства на других людях? Неужели на пациентах этого реабилитационного центра?

— Я этого не говорила.

— До свидания! — Тищенко вылезла из моей машины и пошла к автобусной остановке.

Подумать только, эта женщина, которая могла бы оказаться за решеткой, если бы правоохранительные органы заинтересовались, почему в доме престарелых один за другим стали умирать постояльцы, пыталась дать мне совет! А ведь она задела какую-то струну в моей душе! Я смотрела ей вслед и спрашивала себя, имею ли я моральное право заниматься тем, чем занимаюсь.