6
0Посмотрим, что из этого выйдет, и скорректируем наши планы в соответствии с новыми обстоятельствами.
— Согласен, — кивнул мне дедуля.
* * *Валерия Николаевна заехала в коттеджный поселок и увидела Дашу, выходящую с коляской на улицу. Притормозив около нее, она открыла окно и сказала:
— Добрый вечер! Вы меня помните?
— Да, конечно, вы меня так выручили в мясной лавке…
— Зачем вы мне лжете? Я не давала вам денег в долг! Вот возьмите! — Анисимова протянула ей тысячную купюру.
— Но позвольте, это же ваши деньги. Я всего лишь вернула вам долг…
— Вы морочите мне голову! Ради кого вы стараетесь?
— Не кричите, а то разбудите моего ребенка, — Даша наклонилась к Полинке и поправила одеяльце.
— Вы не ответили на мой вопрос! Кто вас послал ко мне?
— Не люблю быть кому-то обязанной. — Засухина окинула женщину, сидящую в «Джетте», неприязненным взглядом и направилась в сторону сквера.
— Нет, я от вас так просто не отстану! — Анисимова нажала на педаль газа и проехала несколько метров вперед. — Если я одолжила вам деньги, то кто-то должен был это видеть, например продавщица. Только она ничего такого не видела. Я с ней разговаривала…
— Ну естественно, она в тот момент пошла в подсобку за фаршем, — сымпровизировала Дарья.
— Значит, мы с вами в мясной лавке были вдвоем? — с ядом в голосе уточнила Анисимова.
— Ну почему же? Там было человек пять или шесть…
— И вы можете мне их назвать?
— Я еще не знаю по именам всех жителей поселка. Хотя… там была Ольга Злобина. Можете к ней обратиться, — Даша кивнула на ее дом.
— Соседка, значит, — усмехнулась Валерия Николаевна. — Скорее всего, вы уже сговорились…"
"— Делать мне больше нечего! А если у вас с головой не все в порядке, то советую вам обратиться к специалисту, а то вы так скоро и правила дорожного движения нарушать начнете, по забывчивости. — Засухина свернула на пешеходную дорожку.
Анисимова дала по газам и рванула в сторону своего дома, не став разговаривать со свидетельницей. Даша проводила «Джетту» взглядом, набрала мой номер и рассказала о случившемся.
* * *За ужином Валерия Николаевна опять пила коньяк. Он развязал ей язык, так что, поднявшись к себе, она снова стала разговаривать вслух:
— Если я теряю память, то почему так выборочно? Столько людей не может вводить меня в заблуждение. Зачем им это надо? Ничего, завтра я схожу к врачу, и он определит, здорова я или нет. Нет, конечно же, я абсолютно здорова, просто это усталость… Надо в отпуск. Да-да, в понедельник же схожу в комитет и попрошу отпустить меня хотя бы на пару недель. Полякова без меня справится.
