3
0
Всю неделю я посвящала свободное время изучению заклинаний в книге Селениры, зубрила их наизусть, думала, в какой ситуации можно применить то или иное заклятие. Конечно, без практики было тяжело, но все же я хоть как-то приобщалась к магии. Волшебная книга, изначально небольшая, увеличивалась по желанию хозяйки до нужного размера. Очень удобная функция, что и говорить: я обычно раскладывала «талмуд» на столе и внимательно рассматривала все, вплоть до нарисованных букв.
На следующее утро, посадив Пушка на колени, я снова открыла книгу, погрузилась в изучение очередного заклинания. Как было написано под строчками, передо мной находился текст заклятия, способного построить портал в любую местность.
Я нахмурилась: портал? Если здесь умели строить порталы, к чему тогда гонцы от императора, добиравшиеся на рассарах? И почему мы с Шароном и Лораном не воспользовались одним из порталов?
Текст показался несложным, но довольно-таки заковыристым. Его изучать и изучать, причем желательно на практике. Я представила себе реакцию Лорана и Шарона на свои подобные перемещения, хмыкнула и качнула головой. Какие уж тут порталы, когда и месяца от начала беременности не прошло.
Вспомнив свои старые стихотворные опыты, я, глядя на текст, продекламировала:
Ветка жасмина стучится в окно,
А за окном непроглядно темно.
Снова тебя я ищу в темноте,
Все повторяя: «Ну где же ты? Где?""
Знаю, что след твой давно уж остыл,
Руки не тронут точеных перил,
Но продолжаю надеяться, звать
И в темноте беспрестанно искать[1]."
"Пушок на моих коленях вдруг выгнул спину, зашипел, а в следующий миг нас с ним поднял и закружил вихрь. Я открыла было рот, чтобы закричать, позвать на помощь, но…
— Пушок… Мы сейчас где?.. — спросила, потрясенно осматриваясь.
Место, в котором мы оказались, ни на йоту не было похоже на уютную замковую комнату. Степь — да. Но никак не комната. Прекрасно. Я, похоже, открыла способ перемещаться порталами. Лоран будет переживать. А Шарон с Кладирой меня прибьют.
Поднявшись с покрытой редкой сухой травой земли, я огляделась. Как там у классика? «Степь да степь кругом[1]»? Вот и здесь то же самое: на горизонте ни деревца, ни кустика, ни человеческого жилья. Вообще ничего. Иди в любую сторону хоть тысячу километров. Придешь к той же редкой сухой траве. Великолепная перспектива.
Рискуя быть заброшенной еще куда-нибудь, я повторила стихотворение. Никакой реакции. Даже Пушок больше спину не выгибал.
