7
0
По традиции любая женщина на коронации могла пригласить на открывающий танец императора, если он не состоял в браке. А ему нельзя было отказаться.
Так что свалку вокруг меня устроили нешуточную.
Мне действительно нужно как можно скорее жениться на Еве, чтобы все эти дуры перестали выпрыгивать из своих корсетов.
Как назло, самой шустрой оказалась Агнесс, добежав до меня первой, словно за ней по пятам гналась свора чумных.
– Позвольте пригласить вас на танец, Ваше Императорское Величество, – томно прошептала Избранная.
Я посмотрел на Еву, но она только слегка улыбнулась, не выказывая абсолютно никаких признаков ревности.
А вот я уже начал ревновать к окружившим ее мужчинам, но успокоил себя мыслью, что мучиться осталось недолго."
"Я положил руки на талию Агнесс, отчего она заметно вздрогнула всем телом, и сделала вид, что готова бухнуться в обморок от переизбытка чувств.
Постаравшись сделать дистанцию между нами максимальной, я закружил ее в танце. Но это было не так-то просто. Надоедливая деваха так и норовила ко мне прижаться или повиснуть у меня на руках.
Так же, как я был без ума от Евы, когда мы с ней танцевали, как будто во сне, с такой же силой все в Агнесс отвращало меня.
Ее худосочное тело, навязчивый сладковатый запах и наивно распахнутые голубые глаза, в которых сейчас светилось абсолютно наигранное и фальшивое восхищение мной.
Я просто ума не приложу, каким вообще образом мой старший брат умудрился повестись на эту дешевку?
Кстати, насчет Эдриана. Братишка тоже присутствовал на балу, но выглядел достаточно мрачно, слишком часто отхлебывая из бокала с янтарной жидкостью.
И только в один момент я заметил, как он подошел к Еве, и, судя по всему, пригласил ее танцевать. Между ними произошел короткий разговор, и я, признаюсь, снова ощутил ревность и чувство собственничесва по отношению к Еве.
Хотелось по-простому подойти к Эдриану и врезать ему по роже, чтобы больше даже смотреть не смел на мою женщину.
Но император такого себе позволить, разумеется, не мог.
В итоге, явно получив насмешливый отказ, Эдриан, зло зыркнув глазами, отошел, после чего стал еще сильнее налегать на выпивку.
Мы снова сошлись взглядами с Евой, она чуть улыбнулась и у меня потеплело на душе.
Какая же она…
Любимая.
И тут до меня дошло, что Агнесс, наш танец с которой уже, слава темным, подошел к концу, в третий раз обращается ко мне.
– Чего вы от меня хотите?
– Поговорить с вами, Ваше Величество, наедине, – заламывая руки, прошептала Агнесс. – Это очень важно. Я должна вам кое-что рассказать. Кое-что конфиденциальное. Очень, очень сильно важное.
