86
0Кстати, вы же разрешите Деби быть на приеме?
Клифф поморщился – вся эта тема с портретом его неимоверно бесила, ведь он уже мысленно справил младшую ненужную дочь в тот премерзкий пансионат.
– У нее нет достаточно приличного наряда…
– О, я позаботилась об этом и лично купила ей новое выходное платье. Мне будет приятно, если моя младшая сестренка немного повеселится, – улыбнулась я. – Кстати, леди Мерседес настойчиво просила меня, чтобы я включила в список гостей герцога Ставосского, но я не отправляла ему приглашение. По-моему, он слишком стар для такой вечеринки.
А так же для того, чтобы стать мужем моей сестренки даже через несколько лет, когда она достигнет совершеннолетия! Понял, придурок?
Клифф скрипнул зубами, но и это проглотил.
Гости должны были вот-вот прибыть – до начала банкета оставалось всего ничего.
И тут ко мне подбежала Дебора – такая хорошенькая и нарядная в новом синем атласном платье и с синими бархатными ленточками в волосах. Обычно девочку не пускали на такие мероприятия, но сейчас она была счастлива.
– Ева, Ева, ты похожа на сказочную принцессу... – прошептала девочка, восторженно разглядывая меня с ног до головы.
Ее похвала была мне особенно приятна – ведь мы с Фобосом тщательно продумывали и составляли мой образ до последней сережки, чтобы на своем торжестве я была неотразимой!
– Ты в сто раз красивее меня, Деби!
Я обняла сестренку за плечи, и мы зашептались и захихикали.
И тут же я поймала недовольный взгляд Агнесс.
Кажется, ей совсем не нравилось, что мы с Деборой так сблизились – в последние дни она стала подлизываться к Деби, все время называла сестренкой и ходила за ней хвостом.
– Ну что, ты готова увидеть мое великое творение? – Дебора аж притоптывала на месте от нетерпения.
– Давно готова!
Девочка гордо подскочила к холсту и торжественно сдернула ткань.
Ахнули все, включая даже слуг.
Это был роскошный парадный портрет, выполненный с таким непревзойденным мастерством, что я на мгновение потеряла дар речи.
– Неужели я настолько прекрасна? – тихонько спросила у Деби. – Кажется, ты мне польстила.
– О, в жизни ты еще великолепнее, Ева!
Агнесс долго разглядывала портрет, с явной завистью закусив губу, а потом засюсюкала:
– Ой, сестренка, до чего же это мило! А ты мой портрет такой же нарисуешь?
– Этот портрет не нарисован, Агнесс, – сказала я.
– Верно! – с важным видом кивнула Дебора. – Агнесс, но ты же сама говорила, что живопись – это ерунда и советовала мне заняться убийством бабочек...
– Я передумала! Я поняла, что это очень красиво, а ты – безумно талантлива!
– Ну, не знаю… – с сомнением протянула девочка. – У Евы просто внешность такая интересная, так и просится на холст.
