Мужчина поставил кружку передо мной и покосился на тарелку с завтраком, который не успел съесть. Выкинув яичницу в мусорку и осторожно сложив тарелки в посудомоечную машину, он вернулся со своей кружкой чая и присел за стол, но спокойствие долго не продлилось:
— Чёрт, — негромко выругался Роберт себе под нос. — Тебе нужно перекусить ведь, сегодня толком ничего не ела… Давай я нарежу бутерброды с сыром и ветчиной?
Он был такой заботливый… Сейчас его забота проявлялась особенно хорошо, и я понимала, что таким образом Роберт пытается избавиться от болезненных мыслей.
Поднявшись на ноги, я подошла к раковине и помыла руки. После посещения похоронного бюро меня до сих пор немного лихорадило. Там даже воздух был наэлектризован чужой горечью, а музыка, которая доносилась из прощального зала, так сильно давила на нервы, что я едва выдержала, пока сделала выбор и заполнила все бумаги.
Я вернулась за стол и стала наблюдать за Деспотом.
"Когда бутерброды были готовы, Роберт поднялся на ноги. Он виновато посмотрел на меня, а потом на часы. Время летело очень быстро и уже приближалось к вечеру. Я даже не заметила, как быстро всё случилось. Вроде бы я совсем недавно приехала, чтобы поговорить с ним и вернуть деньги. Взгляд упал на пакет с купюрами, и мне стало неприятно, что ещё и этим «разговором» омрачила его день. А ведь мы так и не договорили и не пришли к общему мнению о том, как быть с ребёнком.









