5
0
— Роберт Елисеевич! Тут такое дело! Заказчики ругаются, говорят, что вы подписали контракт не на тех условиях, которые обговаривали с ними, и они требуют, чтобы вы лично явились на переподписание, — услышал я голос заместителя по другую сторону связи.
Чёрт! А ведь я мог спутать. У меня лежало несколько стопок на столе, а из головы напрочь вылетело, что я согласился на несколько иную цену, так как заказ у них был большой.
— Я понял. Сейчас буду, — ответил я. — Постарайтесь задержать их до моего приезда.
Отключив телефон, я приблизился к жене. Она уже и без того поняла, что каток в очередной раз отменяется, но не выдавала своего огорчения.
— Веру-у-усь! Мне придётся отлучиться… — Мне тяжело дались эти слова, потому что ещё несколько секунд назад моя любимая женщина светилась от счастья.
— Я практически не сомневалась в этом, — выдавила улыбку она и опустила голову.
Вера пыталась скрыть то, как сильно расстроилась, а сердце всё равно щемило в груди. Мне хотелось вернуться на несколько минут назад и не отвечать на звонок. Ну и ладно… Узнал бы потом, что с нами не стали заключать договор… А теперь просто не мог упустить заказчика.
— Постараюсь быстренько, а потом на каток, м? — предложил я.
— Потом уже поздно ехать на каток… Сам говорил.
В её глазах заблестели слёзы, как бы сильно Вера не пыталась спрятать их. Я приблизился к жене, прижал её к себе и поцеловал в макушку. Мне не хотелось уезжать от неё, внутри появилось дурное предчувствие, но я посчитал, что оно связано с расстройством: я ведь и сам хотел провести весь день с любимой.
— Тогда киноху посмотрим вечером, а пото-о-о-м… — Я загадочно улыбнулся, чмокнул её в лоб и принялся собираться в офис.
— Я тогда к Гале поеду… Давно с ней не сидели, поболтаем, поплачусь на твою работу… — оживилась Вера.
У меня снова ёкнуло в груди, но я не придал этому ощущению никакого значения. Лишь посмотрел на жену и кивнул в ответ.
— Желаю хорошо провести время! — подмигнул я. — И как следует отругай мою работу, чтобы потом не обижаться на меня.
Вера у меня была преданная и понимающая. Она никогда не спорила со мной, практически со всем соглашалась… Да другая на её месте давно послала бы мужа с такой работой, а Вера принимала и понимала.
Я потёр виски, прогоняя воспоминания, безжалостно охватившие все мысли. Это всё моя вина. Моя и ничья больше. Приблизившись к тумбочке, на которой тогда лежал этот проклятый телефон, а теперь стояла фотография Веры, я посмотрел в её красивые глаза.
— Если бы я тогда прислушался к интуиции… Если бы остался с тобой… Прости меня, Вер! — Слова утопали в потоке мыслей, как теперь лучше поступить дальше.
