Наследник для Деспота

Полная противоположность человеку, которого я знала до этого.

Возмущение из-за воспоминаний обо всем упомянутом тотчас развеялись, стоило мне посмотреть в обеспокоенные глаза.

Афера и я — это всё слишком далеко друг от друга. Никогда мысли не допускала, чтобы обмануть кого-то, даже когда получила четвёрку на важном экзамене, а могла успешно списать на пять. Ввязываться в нечто подобное и рожать малыша ради выкачивания денег я бы никогда не согласилась. Никогда.

— Нам просто следует решить, как быть дальше…

Барышев снова уселся напротив меня и положил оба локтя на столешницу, переплетя пальцы в замок.

Я сделала глоток чая и взяла котлетку, потому что уж очень хотелось есть. А вот что можно сказать мужчине, понятия не имела. Я и для себя-то не решила пока, что и как сделать. Даже не знала, как вести себя.

— Я понимаю, что всё это сложно, но это мой ребёнок… — Деспот осёкся на этих словах.

Я подняла голову, и наши взгляды встретились. Мы смотрели друг на друга, как враги, выбирающие стратегию дальнейших действий.

— Это ваш ребёнок, — глухо прошептала я. — Но и мой тоже… Вы ведь… Вы ведь не использовали яйцеклетку своей жены?

Как делаются процедуры искусственного оплодотворения, я понятия не имела.

Да и можно ли было это считать искусственным способом? Стоило представить, что во мне может расти совсем чужой ребёнок, как мне сделалось страшно. Примет ли его организм в таком случае?

— Нет, — честно признался Деспот и прильнул губами к чашке, делая несколько жадных глотков.

— Моя жена не принимала участия в принятии этого решения, как и в процессе оплодотворения. Мне бы хотелось попросить тебя больше не говорить о ней.

Хорошо?

— Но почему? — не выдержала я.

— Потому что ты лезешь ко мне в душу, а там непроглядная тьма, которую лучше не выпускать! — ответил мужчина, сверкнув гневным взглядом.

Ну конечно! И это называется разговором по душам! Барышев закрывался от меня, но при этом хотел, чтобы я взяла и выложила сразу всё, что чувствовала. Так, что ли? Раздражение снова охватило меня, поэтому я постаралась переключиться на вкус маминых котлеток. Шикарные…

— Ты не потянешь ребёнка сама.

Кроме того я в любом случае буду принимать участие в его жизни. Я не стану давить на тебя и дам время всё обдумать и взвесить. Договор, который подписал я с твоей сестрой, всё ещё действует. Да любой судья ведь окажется на моей стороне, потому что это мошенничество!

Я ненароком обратила внимание, как тяжело давалось Деспоту каждое слово. Он хотел говорить нормально, не запугивать меня, но в то же время боялся, что я не отдам ему ребёнка. А я понимала, что сама пока не решила, как поступить.