Насильно мил (не) буду

Правила, по крайней мере, были понятны, выполнимы, хоть и далеки от нормальных.

Любви между нами не случилось, страсти тоже, во всяком случае с моей стороны. И все же это было хорошее время. Несравнимое с тем, что я переживаю сейчас, но значительно лучше, чем раньше. Я не пожалела, что раскрыла свою тайну.

Однако если отпугнуть Диму рассказом про крейзи папашу я не боялась, то потерять Захара страшно до колик. Какой нормальный мужик захочет жениться на девушке с таким прошлым, да и вообще связываться с подобным? Это же явное психологическое отклонение.

А лишиться Захара – все равно как навсегда потерять частичку души, надежду на счастье. Любовь!

Слишком высокая цена за отцовское безумие.

Но, к счастью, пока Захар был в командировке в Сочи, мне удалось кое-что узнать. Кое-что, что дает большую надежду! Не знаю, как умудрилась не наткнуться на это раньше.

Оказывается, полгода назад отец устроил мои похороны.

– Невозможно жить дальше в постоянных поисках и горе, – сообщил он журналисту. – Эта поминальная служба больше для меня, чем для моей дорогой Ясмины. Если вдруг она где-то там в большом мире жива и здорова, пусть ей будет хорошо. Да хранят ее ангелы! Но искать ее я больше не имею никаких моральных сил."

"А какое скорбное лицо отца запечатлели камеры! Ух, обрыдаться, если бы я не знала, что это за человек.

Награда за мою голову отменена, сам сайт «Отыщем Ясмину Полонскую» исчез. Все говорит о том, что он больше не ищет меня.

Значит, по идее, я могу и не говорить любимому про сумасшедшего родителя?

– Все в порядке, Ясенька? – спрашивает Захар, когда подъезжаем к месту.

– Да, – киваю.

Он спешит выйти из джипа, подает мне руку и помогает спуститься.

Если за кого и хочу замуж, так только за него.

– Тогда идем в загс, – улыбается мне Захар.

– Идем. – Хватаюсь за его руку, как за спасательный круг.

Цепко и с приличной долей страха.

Глава 36. Счастливые

Ясмина

Семеню за Захаром и разглядываю серую улицу, на которой находится дворец бракосочетания. Но когда подходим ближе, улица вдруг преображается. Неподалеку от здания загса стоит белая металлическая карета в форме сердца, полностью открытая, украшенная множеством хитро изогнутых металлических прутьев. День выдался дождливый, но почему-то именно в эту секунду солнце вдруг пробивается сквозь тучи и светит прямо на эту карету. Золоченая буква «Е» на верхушке радостно поблескивает. Может быть, солнце – знак, что все пройдет хорошо?

Какое красивое место для фотографий!

Представляю нас с Захаром сидящими в этой карете в обнимку, а вокруг друзья. Я бы хотела повесить такое фото в нашей гостиной. Там, кстати, есть место для фоторамок – недаром стена по правую сторону от плазмы всегда казалась мне голой.