5
0
– Так введи меня в курс дела, – разводит она руками.
На этом садится на диван, закинув ногу за ногу. Выпрямляет спину и кладет ладонь на колено.
– Никуда не уйду, пока мне все не объяснишь.
– Хорошо, сестричка, слушай!
Сажусь рядом и популярно разъясняю ей все, что случилось между мной и Ясей два дня назад.
Она слушает, теряет боевой настрой, ее зеленые глазищи грустнеют, губы подрагивают.
– Я никогда не думала, что Яся может тебе изменить… – чуть не хнычет она.
– Я тоже не думал, – качаю головой.
И вдруг лицо ее серьезнеет.
– А ты не думал, что…
– Что?
– Ну, что она соврала тебе? – Лера разводит руками.
– Очевидно же, что соврала! – снова начинаю злиться. – Она пыталась повесить на меня чужого ребенка. Жирная такая ложь…
– Да я не о том, – машет рукой Лера. – Ты не думал, что она могла соврать тебе про сроки? Ты же ее прямо от мужа забрал, вдруг это его ребенок? А Яся подумала, что его плод ты не примешь, ну и соврала тебе про сроки, допустим. Гадкий поступок, не спорю, но объяснимый, и не измена.
– Подожди! – рычу, сжимая кулаки.
Подскакиваю с дивана и несусь в спальню, где нашел узи Яси. Там черным по белому написан срок беременности – пять акушерских недель, или три недели со дня овуляции, как мне объяснила Яся.
– Вот, видишь? – тычу бумажкой Лере в лицо. – Мы с ней уже два месяца, так что эта бумажка напрямую доказывает, что отец ребенка не ее муж.
Она вырывает лист у меня из рук, вчитывается, а потом фыркает:
– Я тебе такой достану за пятьсот рублей. Хочешь? Могу и бесплатно – если скачать из инета.
– А даже если так, – прищуриваюсь зло. – Это подло вот так врать любимому человеку! Скрывать правду…
– Ах, ты у нас правдолюб, да? – упирает руки в боки Лера. – Сам кормил ее витаминками под видом противозачаточных! Да, да, я знаю эти витамины, мне муж принес такие же не так давно. В одном месте затарились, мальчики? Если бы ты сразу признался ей, что не можешь иметь детей, она бы не стала тебе врать про отцовство. Так что, братец, сними белое пальто, оно тебе не идет!
От ее слов меня буквально трясет и хочется кого-нибудь стукнуть. Кого-нибудь мелкого, зеленоглазого, рыжего.
– Лер, шла бы ты домой от греха подальше… – качаю головой.
Она встает и заявляет все тем же наглым тоном:
– Уйду, если обещаешь еще раз поговорить с Ясей!
– Я подумаю, – бурчу, лишь бы она от меня отстала.
– Только это… когда соберешься к Ясе, выкупайся и зубы почисти, а то похож на лешего и пахнешь как как алкаш!
На этом сестра покидает мою уже почти холостяцкую берлогу.
Закрываю за ней дверь на все замки.
Никого не хочу видеть, ни о чем думать не хочу.
Однако не думать никак не получается, слова сестры прочно селятся в мозгу.
Сука, лучше бы Яси вообще не случилось в моей жизни. Сейчас бы не было так мучительно больно.
