Наш папа - прокурор

Того, который признает свои ошибки, если ошибся, или будет доказывать всеми возможными способами, что это была не ошибка.

Я двигаюсь в такт музыке, которая играет рядом с пандой. Как же хорошо на свободе, вне стен больницы. Подумать только, уже сентябрь. И я треть лета провела в больнице, но у всего есть своя цена.

Так много цветов и шаров, еще больше, чем было, когда я родила. Это невероятно приятно. Все Юрины, а теперь и мои друзья дарят нашли время, чтобы приехать, собраться в моменте, отпраздновать с нами и новоселье, и выписку.

Мы рассаживаемся по машинам. Последний раз в Юриной машине я ехала рожать, теперь назад, уже с тыквочками.

Оборачиваюсь назад. Там в ряд пристегнуты детские автокресла с тремя нашими крошками. На каждом подписано имя.

– Тыкводел Домбровский, вам зачет, – веселю Юру, когда он отъезжаем от центра. – Тыквочки все удались.

– Обращайся еще, если надумаешь. – Оглядывается на них и снова возвращается к управлению машиной.

– С ума сошел? Не надумаю. Даже не проси. Никаких мальчиков.

Многозначительно ухмыляется и ведет машину.

Я правду ему сказала. Больше нет. Никаких. Никогда. Остановимся на трех.

Я любуюсь природой, домами. Так скучала в больнице по всему этому. По возможности свободно куда-то сходить, погулять, не жить по режиму. Видеть за окном разнообразные пейзажи, а не один.

– Приехали.

Наконец Юра паркуется возле дома. Мы приезжали сюда один раз, зимой. Все ощущалось по-другому. Ночь, камин, новый год, мы одни в доме.

Сейчас – полная противоположность и последствия того визита.

Ахилл.

Кажется, скоро приедет мамми... Кожаный с утра сделал загадочное лицо и пообещал сюрприз! Неужели... с утра заедаю стресс, хожу из угла в угол... О, мамми, где же ты?! Меня уже начинает колбасить. Немного подрал диван, ачетакова?! Был взволнован, имею право... потом уснул! А сейчас я чувствую... Саня моя близко! Только бы скорее зашла в дом....

Запрыгиваю на подоконник. Сижу. Жду.

К дому подъезжает машина...

Нет, это не паппи. Дед. Хороший мужик. Щедрый и умный, душа компании. Он за разнообразное питание. Сказал, что я его компаньон по непотребствам, чтобы это не значило... Его я люблю, с ним все перепробовал. Даже алкоголь, было дело... Дед хандрил, накапал себе в бокал пахучей коричневой дряни, а мне валерьяночки! Сказал - от нервов-с. Хорошо вышло, душевно посидели... он запел про коня, я подмуркивал... паппи долго ржал, спрашивал с утра не хочу ли я похмелиться, ну штош... будет и на моей улице праздник!

Вот она... чёрная машина заезжает во двор! От волнения скребу лапой по стеклу..."

"Саняяяяя, мАаааая.

Вернулась. Живая. Выходит из прокурорской машины. Я уж подумал, что кожаный наврал, не увижу я её больше... в питомник иногда возвращались старые и грустные коты, когда их хозяева пропадали...