5
0– Купаться запрещено!
Вот так получилось, что я еще и виноватой оказалась!
- И вот что мне с этим делать?! – захныкала я, глядя на маски и инструменты. – Нет, ну неужели нельзя сделать нормально?
На столике в моем офисе лежал кошелек, в котором почти ничего не осталось. Выглядел он, как дохлая мышь, вывернутая наизнанку.
Время шло, люди проходили мимо, поглядывая на вывеску. Никто не отваживался даже зайти и полюбопытствовать, а что это такое открылось?
- Нет, ну так не бывает! – сокрушалась я, глядя на свои руки, а потом на себя в зеркало. – Может, я что-то делаю неправильно? А?
Хотелось плакать от бессилия.
От злости, я пнула стульчик, вспомнила доктора Миддлтона и повитуху. Никто не придет! Зато какая чудесная была идея… Все, пора закругляться…
Только я собралась содрать с лица маску с кружевом, как в дверь неожиданно постучали.
- Тук-тук!
Я не поверила своим ушам. Неужели? Осторожно, скорее не веря в голоса за дверью, я открыла ее, видя солидного очень симпатичного горожанина и его супругу.
- Здесь, я слышал, доктор принимает женский! Приезжий! – произнес мужик, проходя внутрь. Сердце внутри подскочило, не веря тому, что я слышу. Вот они! Первые клиенты!
- О, да, - с улыбкой ответила я, понимая, что кто-то дал наводку. Может, кузнец? Или портниха? Или вывеску увидали?
- Понимаете, моя жена – фригидная! И с этим нужно что-то делать! – припечатал клиент прямо с порога. - Мы уже лечились у доктора Миддлтона! Но все тщетно!
- Проходите, - пригласила я, сбрызгивая духами инструменты и пряча их в ящик.
- На что жалуемся? – спросила я, видя, как кроткая супруга присаживается на стульчик рядом с мужем.
- Моя жена – фригидна, - вздохнул клиент, покосившись на супругу с укором. – Как только дело доходит до постели, она вдруг начинает кашлять, отворачиваться, рыдать!
Я посмотрела на даму, которая покраснела еще сильней.
- Я обнимаю ее, а она орет, как резанная, вырывается… - продолжал недовольный супруг.
- Позвольте, я осмотрю даму, - заметила я, предлагая мужчине покинуть приемный покой и посидеть в коридоре.
Осторожно шурша платьем и чепцом, бедняжка стала раздеваться, не произнося ни слова. Она присела на кушетку, пока я поливала руки духами. Запах духов расползался по всей больнице.
После осмотра на предмет «болит – не болит», я выяснила, что дама предположительно здорова.
Загадка чужой супружеской жизни начинала нежно щекотать нервишки.
