Мышка для серцееда

— Послушай сюда. Еще раз я увижу тебя рядом с ней — и разговаривать будем по-другому.

— Тебе-то какое дело? — Медведь перехватывает меня за запястья и пытается скинуть мои руки.

Но мы уже как-то выясняли, что силы у нас обоих достаточно. И он это тоже знает.

Сверлим друг друга взглядом. В комнате накаляется атмосфера, а мне очень хочется сейчас двинуть ему по роже за то, что вообще к Карине прикоснулся.

— Я сказал, еще раз — и…

— Ну давай, а то ты только на слова смелый, Саба.

Не выдерживаю и встряхиваю его так, что у Медведя голова дергается.

— Руслан, — маленькие ладошки обхватывают меня за предплечье, а Карина чуть ли не повисает на моей руке.

Это выводит меня из состояния, близкого к бешенству.

Я вышвыриваю Медведя из комнатушки и захлопываю дверь. Упираюсь лбом в прохладную поверхность. Пытаюсь успокоить грохот сердца после этой стычки.

Вот вроде ничего такого не происходит, но адреналин один фиг зашкаливает.

— Спасибо, — слышу сбоку дрожащий шепот мышки и отрываюсь от двери.

Карина стоит рядом со мной и обхватывает себя руками. На лице отражается испуг, а у меня внутри неприятно холодеет.

— Он ничего не успел тебе сделать?

Мой голос садится, когда вижу, как на глазах мышки наворачиваются слезы.

Не успеваю ринуться за Медведем, как Карина обхватывает меня за талию. Вжимается лицом в грудь и делает глубокий вдох.

— Прости, я испугалась просто. Он ничего не сделал, — начинает быстро шептать, и мне приходится наклониться, чтобы услышать этот шепот.

Обхватываю ее и прижимаю к себе. Слышу, как тарабанит ее сердце. Или это мое?

— Точно? — голос подводит в очередной раз.

Но я бы не простил себе, если бы этот идиот успел что-то сделать.

Не знаю, в какой момент, но мне стало важно, чтобы с этой девчонкой все было хорошо.

Кивает и поднимает глаза. А меня наконец отпускает. Тело, напряженное до этого момента словно струна, наконец расслабляется, и я могу выдохнуть.

Обхватываю ее лицо ладонями и прислоняюсь лбом.

— Хорошо, — выдыхаю единственное слово.

Карина сокращает расстояние и сама целует. А у меня от этого невинного поцелуя все переворачивается.

У меня было много поцелуев, но такой впервые.

Не успею ответить, как мышка отстраняется.

— Прости, я просто…ты… а он просто… — заикается, и глаза снова наполняются испугом.

— Что он?

— Он просто поцеловать пытался, а ты… — Карина пытается отойти, но я только сильнее вжимаю ее в свое тело.

Новость, что Медведь пытался поцеловать мышку, снова заставляет озвереть. Но я заставляю себя оставаться на месте, а не рвануть вслед за Медведем, чтобы порвать этого придурка на куски.

— Что я? — допытываю.

Мне важен ответ, каким бы он ни был.

— Ты просто единственный, кто меня поцеловал, а он… — Карина прерывается и прячет глаза.