Мышка для серцееда

— Никого.

Меня дергают, и я падаю сверху на Руслана.

— Ты что творишь? — горло перехватывает от его близости.

— Отвлекаюсь от травмы.

— Прекрати, Руслан.

— Мы можем уже наконец поговорить про Лилю?

Подавляю вздох. Отталкиваюсь от его груди и с сожалением отрываюсь от него.

— Мы можем уже наконец поговорить про Лилю?

Подавляю вздох. И в воцарившейся тишине раздается звонок его телефона.

— Да это че, заговор против меня? — рычит он.

Я соскакиваю с него, пока он отвлекается на то, чтобы ответить.

— Это знак, что ни тебе, ни мне не нужен этот разговор, — замечаю я и уже собираюсь выйти.

Меня перехватывают за руку. Приходится остановиться.

— Да, пап, — Руслан начинает непроизвольно выводить на моем запястье круги. — Что делаю? Да вот по крышам бегаю, что мне еще делать?

Ударяю его ладонью по лбу и получаю возмущенный взгляд. Одними губами произношу: ""Прекрати!""

Руслан кивает на монитор. Поворачиваюсь и прыскаю от смеха. Потому что герой какой-то игры действительно бегает по крышам.

— Прием через полтора часа. Да на такси скатаюсь, — молчание. — А, ну ладно, когда я отказывался.

Он продолжает ласкать мою руку, и внутри зарождается дрожь. Его пальцы слишком нежные, чтобы просто стоять и спокойно терпеть эту пытку.

— Сейчас соберусь. Давай. Да, я понял.

— Я с тобой, — вырывается из меня, прежде чем успеваю сообразить, что это неуместно.

Руслан замирает на середине пути, пока тянется к костылям. На лице удивление, в глазах незнакомые огоньки.

— Зачем?

— В каком смысле зачем?

Теряюсь от этого вопроса и таращу глаза на него.

— Ну ты же пытаешься тут сыграть из себя безразличие.

— А, — подаю костыли, пока его глаза прожигают в моем затылке дыру, — потому что мы семья.

Самая последняя причина, по которой я хочу быть в этот момент рядом с ним.

Руслан, видимо, понимает, что я пытаюсь его обмануть. Хмыкает и окидывает меня скептичным взглядом.

— Поэтому ли? И мы не семья, — он приближается вплотную и вдавливает палец в мою грудную клетку. — Мы с тобой точно не семья. Пока.

Молча открываю рот.

— Пойдем уже. Если еще не передумала.

— Что значит твое пока?

Руслан

Пытаюсь показать мышке, что меня совсем не волнует травма, хотя каждое движение доставляет жесткое неудобство.

Еще и костыли. Вообще бесит передвигаться с их помощью. Взгляды эти жалостливые в мою сторону. Хочется встряхнуть всех и заорать во всю глотку, чтобы просто отвалили от меня.

Если сейчас доктор скажет, что операция не нужна, то сделаю все, чтобы отец с Настей свалили, и тогда мышка останется в полной моей власти.

Подавляю желание хищно улыбнуться.