— Рад, что ты наконец пришла к этому и не волнуйся за меня. — Миша делает жест пальцами официанту и достает бумажник. — Не буду тебя смущать и пойду, разговаривай.
Парень расплачивается за двоих и оставляет меня одну.
Как только Миша машет мне уже с улицы, я разблокирую телефон и ищу контакт Босса. Разговор с Мишей немного вернул меня в колею. Не хочется вести себя, как легкомысленная, потому что это не так. Это лишь способ понять, чего я хочу.
Длинные гудки сменяют друг друга, но он игнорирует мой вызов. Он же не обиделся?! Скорее всего, за рулем или занят. Это ведь просто кофе с другом.
— Алиса, я занят, что-то срочное? — Слышу наконец его голос и выдыхаю. Ответил, значит, все в порядке.
— М, я хотела объяснить…
— Я и так все понял. Алис, я, правда, занят. Мне надо в командировку собраться. У тебя все нормально или нужна помощь?
— Нет, все нормально…
— Тогда я потом с вами свяжусь и расскажу, что делать, — перебивает меня, будто на самом деле занят. — Пока.
Он отключается, а я прикусываю губу и глубоко вздыхаю, чтобы не заплакать.
Перезванивать теперь уже бесполезно, он не возьмёт. Написать — значит, чувствовать свою вину. Надо просто подождать, когда он перезвонит.
Так, оставшись в одиночестве, я возвращаюсь домой. Даже смотреть на белье и примерять его нет настроения. Просто срезаю бирки и складываю аккуратно в шкаф. Аппетита тоже нет, чтобы что-то готовить.
Вечером звонит Артур, с которым тоже нет настроения разговаривать.
"Воскресенье прошло также скучно, как и вечер субботы. Я засела смотреть сериал, на котором никак не могла сосредоточиться, потому что поглядывала на телефон и ждала звонка, надеясь на шутку, или просто “как дела?”, но он молчал.
Сейчас остро захотелось, чтобы это только и осталось моими опасениями. Он же сам просил хотя бы несколько минут в день, а теперь пропадает, будто ничего ему и не надо.
Поэтому, пришедшее уже ближе к восьми вечера сообщение, заставляет сердце задрожать.
“Я в командировке.









