Внутри взрывается все. Опять не я. Замахиваюсь, чтобы бросить телефон на землю и больше не слышать это лживое “люблю”.
— Стой, не надо бить телефон. — За спиной хлопающая дверь и этот голос. Уже тут. Уехал же. Разворачиваюсь и готова взорвать пространство искрами.
— Зачем вернула меня?
— Я?
— Я написал, что не буду лезть в твою жизнь, а ты сама звонишь. — Подходит слишком близко, лишая пространства, но не смотря на это, мне комфортно тут.
— Так ты и не лезь со своими сообщениями.
— Ладно, не буду, — тут же соглашается и, делая шаг навстречу, поднимает руки и, обнимая за шею, притягивает к себе.
— Что для тебя “всё”? — Не сопротивляюсь и утыкаюсь лбом в свитер.
— Ты и работа — для меня все.
— Не обманывай себя и меня. Я для тебя не все. Ты на два года вычеркнул меня. Работу ты так никогда бы не бросил. — Я не отталкиваю его, но понимаю, что это ничего не изменит. Просто мне хочется, чтобы меня кто-то обнял.
— Алиса, я думал, что так будет лучше для нас. Я был не готов любить кого-то и тем более, чтобы любили меня.
— Это было эгоистично, решать все одному. Признайся уже наконец, что ты променял меня на деньги."
"— Нет, не признаю. — Марк отстраняется и заглядывает в глаза. — Это не так. — По прямому взгляду в глаза понимаю, что он сейчас ничего не скрывает.
— Я понимаю.
— Нет, ты не понимаешь. Я не могу просто так все бросить. И от тебя я тоже отказаться не хочу, но мне надо все уладить. Если ты бы могла почувствовать, как я хочу быть с тобой. Любить только тебя, разговаривать, готовить вместе, слушать тебя, выполнять твои просьбы, делать сюрпризы.
— И не дам.
— Ты мне нужна, Алиса.
— А я не уверена, что ты мне тоже, — щеки обветриваются от влажных дорожек, когда говорю ему это.
— Неправда, — ведёт большим пальцем по щеке. — Ты тоже скучаешь и ищешь кого-то, кто бы заменил меня. Иначе, за это время ты бы уже была с кем-то.
— Ты не особенный, просто я не хотела ни с кем встречаться после смерти папы. — Я выравниваю голос, чтобы казаться спокойней и уверенней.









