Другая правда. Том 1

Всего девятнадцать! Он сущее дитя! Будь снисходительна к нему, ведь ты старше, значит ты умнее, мудрее, у тебя больше жизненного опыта…"

"— Катенька, он просто ужасно устал. Он ребенок, взваливший на себя взрослую мужскую ношу. Да еще и не всякий мужик вдвое старше справился бы, уверяю тебя. Твой Славик сорвался от усталости и невыносимого напряжения. Человек в таком состоянии может наговорить много такого, чего он потом сам себе не простит. Но самое главное — он этого на самом деле не думает. Просто когда человек сильно устает от напряжения, он слабеет, а в ослабевшую душу мгновенно влезают бесы, которые заставляют нести всякую ахинею и творить чудовищные глупости.

Поверь мне, Катенька, то, что ты думаешь о нем сегодня, неправильно и несправедливо… Вспомни, что ты думала о нем вчера. И позавчера. И все месяцы, что вы были вместе. Вот это и есть правильное, а вовсе не то, что ты думаешь сегодня под влиянием момента. Он сорвался и сказал, ты сорвалась и подумала. Просто момент оказался неподходящим, скользким, тяжелым, ну не знаю каким еще… Но это именно момент, мгновенный срыв, а ты собираешься этим маленьким моментом перечеркнуть два с лишним года.

— А как же момент истины? — возражала Катя. — Есть ведь такое понятие. Вот и у меня сегодня случился момент истины, а не срыва.

— Истина — это не то, что есть на самом деле, — ответила Алла, — а то, что мы об этом думаем. Вот так, и только так. Иначе не выживешь…

Дети звонили ей по очереди, то Женя, то Светочка.

— Кать, ну ты где? Мы уже все съели, что ты приготовила, там только Славикино осталось. Можно мы за мороженым сбегаем?

— Вам пора спать ложиться, — отвечала Катя, — уже поздно.

— Мы без тебя не ляжем! Ну когда ты придешь?

— Еще немножко поработаю и приеду, не волнуйтесь. Славик придет — разогрейте ему суп и жаркое. Посуду помыть не забудьте.

— Да знаем мы! — с досадой воскликнул Женя. — Давай возвращайся быстрее, Светка с математикой зашилась, а мне завтра сочинение сдавать, надо, чтобы ты ошибки проверила.

Наконец около десяти вечера Катя Волохина заперла кабинет, спустилась на первый этаж и вышла на улицу. Можно возвращаться домой. Она приняла решение.

Глава 8

Вторник

Во вторник утром Петр Кравченко проснулся в настроении, которое называл «боевая готовность номер один».

Вчерашняя встреча с бывшими однокурсниками сначала протекала вяло и скучно, слушать рассказы о том, кто с их курса где теперь работает и как живет, было почему-то неинтересно, а других общих тем, как выяснилось, не было. И вообще, странный народ эти москвичи! Всего три года прошло после выпуска, а все как чужие, ей-богу. Никто ни с кем не общается, каждый вскапывает свою делянку и по сторонам не глядит.