Другая правда. Том 1

Кстати, имейте в виду: в Международной классификации болезней такого заболевания нет. Пограничная умственная отсталость — это вариант нормы. Да, у самой нижней ее границы, но все-таки не патология, а норма. Что еще?

— Вроде всё, больше ничего не вижу.

— Меня смущают эти детали и малейшие оттенки как хода событий, так и собственного психологического состояния Сокольникова. Если бы он был профессиональным киллером, тщательно планирующим убийство и в ходе выполнения внимательно следящим за тем, чтобы все было как надо, я бы сочла, что все правильно. Это его работа, его профессия, в ней нет места эмоциям, он должен стараться избегать ошибок, делать все аккуратно и продуманно, хладнокровно, а впоследствии анализировать упущения и промахи, обогащая собственный опыт.

Но речь идет о молодом человеке, самом обычном, который внезапно оказался в ситуации агрессивного нападения со стороны соседей по квартире. Ему должно быть очень страшно, идет мощный выброс адреналина, все совершается быстро… Не верю я, Петр, что в таких обстоятельствах можно зафиксировать и запомнить все детали. Конечно, всё бывает, и люди разные. Но я бы этот момент тоже запомнила, он может пригодиться впоследствии.

Она снова нацепила очки и продолжила:

— «В материалах дела даже в первой предъявляемой версии (в день ареста) имеется такая деталь, показывающая полноценное отражение окружающей обстановки: „…Почувствовал, как хрустит грудная клетка Данилова“ (допрос Сокольникова А.А. от третьего сентября девяносто восьмого года). В изложении событий не менее тонко и подробно описываются собственные мысли, мотивы, логическая обоснованность последующих действий».

О как! Даже логическая обоснованность! Наш Сокольников просто супергерой какой-то, не теряет выдержки и хладнокровия и сохраняет способность мыслить и действовать логично и последовательно. Запомним и это. Идем дальше: «Тем не менее, несмотря на блестящую память, проявившуюся при обсуждении инкриминируемого деяния, дал частично ложные биографические сведения и ложные обстоятельства явки с повинной». Н-да, — протянула Настя. — Супергерой у нас с вами получается какой-то подпорченный: память есть, а ума нет.

— Почему ума нет? Из чего это следует?"

"— Если бы ум был, Сокольников не стал бы врать экспертам-психиатрам о фактах своей биографии.

Об обстоятельствах явки с повинной — еще так-сяк, можно понадеяться на то, что прокатит версия о недобросовестности следствия. Но о биографических данных-то лгать зачем? Все же проверяется документально! Все есть в деле! Это очень хороший и очень важный момент, мы его непременно отложим в памяти. Дальше идет анализ выполнения экспериментально-психологических заданий. Готовы?

— Готов, — кивнул Петр.