3
0
— Зона отчуждения перед заповедником, — пояснил Виктор. — своего рода граница.
— И чем же эти места так опасны? — уточнил я.
— Все, что есть по Лукоморью, лежит в спецархиве Синода под печатью ""тайна государевой важности первой степени"", — ответил Феникс. — Так что меня туда не пустили. Я знаю только одно. Эти земли на северном пограничье. Дальше лишь тундра и ледяные пустоши.
— Ага, — я кивнул. — Понимаю.
Вскоре мы выехали на распутье, откуда вело три дороги. А на перекрестке был установлен огромный черный потрескавшийся камень. За булыжником начинался густой лес. Видимо, это и было Лукоморье.
Виктор затормозил, словно решая, куда ехать дальше.
— Где-то я такое уже видел, — пробормотал я. — Вернее, слышал.
— Я тоже, — мрачно ответил антимаг.
Мы вышли из машины, глядя на полустертые надписи под указателями на камне. Но что было там написано, никто из нас так и не разобрал. Видны были только части отдельных слов:
"".... Мост"".
""... а..а И… ра""."
"Послышалось хлопанье крыльев, и на камень сел растрепанный ворон.
— Ты-то что здесь забыл? — неприязненно буркнул Виктор.
Птица не ответила. Склонила голову, уставилась в нашу сторону блестящим глазом.
— Кар-р-р! — пронзительно крикнула пернатая.
— Понятнее не стало, — ответил Феникс.
Птица захлопала крыльями. А затем взлетела с камня и скрылась, цепляя перьями низкие серые облака.
— Куда едем? — обернувшись к Виктору, уточнил я.
— Здесь есть только один уцелевший дом, — ответил антимаг. — На делянке Ингвара. Туда и поедем. Думаю, там и найдем, что нам нужно.
Он ткнул на стрелку вправо, под которой было ""... а..а И… ра"".
Я только пожал плечами. Развернулся, открыл дверь и сел в машину.
Виктор занял место за рулём и завел двигатель:
— Надеюсь, в этом мире волшебный лес не глушит электронику, — пробормотал он. — Иначе придется идти.
— Думаешь, такое возможно?
— В иных мирах подобное не редкость.
Авто не заглохло. Спокойно въехало в лес и покатило по заросшей травой узенькой дороге. Местами оно подпрыгивало на кочках, цепляя днищем комья земли.
Слева мелькнула тропинка, которая уводила к полянке. И за стволами деревьев я заметил избушку, в окне которой, как мне показалось, горел свет.
— А это что? — я ткнул пальцем в сторону домика.
Виктор притормозил. Обернулся к поляне:
— Не знаю, — ответил он. — Проверим?
Я кивнул, мы вышли из машины и направились к дому. Потому как сдавать назад было практически невозможно.
Подошвы ботинок утопали во мхе. Под тяжёлыми шагами захрустели ветки. Но до хижины мы добрались на удивление быстро.
Избушка была старой. Скособоченной, вросшей в землю под гнетом лет. Когда-то ее сложили из тонких бревен и наверняка покрыли маслом. Но время не пощадило древесину, и углы заросли грибами и плесенью.
