14
0
Начальник штаба сморщился от боли, втянул воздух одной стороной рта и сказал:
- У него есть важное сообщение, которое он хочет сказать только вам.
И Сережка рассказал им о «Молодой гвардии» и высказал соображение, что дивизия, несомненно, должна тотчас же выступить на выручку ребят, сидящих в тюрьме.
Начальник штаба, выслушав тактический план движения дивизии на Краснодон, улыбнулся, но тут же тихо простонал и взялся рукой за щеку. Но командир не улыбнулся, как видно, не считая марш дивизии на Краснодон таким невероятным делом, а может быть, он просто не обратил внимания на это. Он спросил:
- Каменск-то ты знаешь?
- Южную окраину и окрестности с той же стороны. Я пришел оттуда…
- Федоренко! - крикнул командир таким голосом, что где-то зазвенела посуда.
Никого, кроме них, не было в комнате, но в то же мгновение Федоренко, самозародившись из воздуха, вырос перед командиром и так щелкнул каблуками, что всем стало весело.
- Есть Федоренко!
- Парнишке обутки - раз. Покормить - два. Пусть отоспится в тепле, пока не вызову.
- Есть обутки, есть покормить, пусть слит пока не вызовете.
- В тепле… - И командир наставительно поднял палец. - Как баня?
- Будет, товарищ генерал!
- Ступай!
Сережка и сержант Федоренко, приятельски обнявший его за плечи, вышли из хаты.
- Колобок приедет, - с улыбкой сказал командир.
- Да ну-у? - весь просияв и на мгновение забыв даже боль зуба, сказал начальник штаба.
- Придется ведь в блиндаж переходить. Вели, чтобы подтопили, а то ведь Колобок, он, знаешь, задаст! - с веселой улыбкой говорил командир дивизии.
В это время «Колобок», о котором шла речь, еще спал. Он спал на своем командном пункте, который помещался не в доме и вообще не в жилой местности, а в блиндаже, в роще. Хотя армия наступала очень быстро, «Колобок» придерживался принципа на каждом новом месте рыть блиндажи для себя и для всего штаба. Этого принципа он стал придерживаться после того, как в первые дни войны погибло немало крупных военных, его товарищей, от вражеской авиации: они ленились рыть блиндажи.
«Колобок» - это не была его фамилия. У него была доставшаяся ему от отца и деда настоящая, простая крестьянская фамилия, которая за несколько месяцев сталинградской битвы стала известной всей стране. «Колобок» - это было его прозвище, о котором он сам и не подозревал.
Прозвище это отвечало его внешности: он был низкий, широкий в плечах, грудастый и - что греха таить - с большим животом. Голова у него была крупная, круглая, бритая и очень уверенно покоилась на плечах, не чувствуя никакой потребности в шее. При этой внешности у него были спокойные, веселые маленькие глаза и необыкновенно ловкие, круглые движения.
