Мохнатая лапа Герасима

Кровать с никелированными спинками, затрапезный двухтумбовый стол, самый обычный стул, трехстворчатый гардероб. На стене у кровати красный с коричневым узором ковер. Я словно вернулась в детство, очутилась в нашей с бабушкой комнате, только не хватало узкого диванчика, на котором спала я маленькая. Никаких секретов Галина Николаевна от чужих глаз не таила. Наверное, она просто не хотела, чтобы жена сына и его теща заходили на ее территорию.

Я быстро убрала посуду, потом пошла во владения Анны Григорьевны и спросила:

– Можно задать вопрос, который вам покажется странным?

Анна, успевшая надеть халат, кивнула:

– Конечно.

Думаю, это не праздное любопытство, вы не обычная прислуга.

– Как вы нашли дачу? – осведомилась я.

– Дачу? – не поняла дама. – Но зачем она нам? Мы круглый год живем за городом.

Я улыбнулась:

– Я плохо объяснила. Ваше знакомство с Ксенией Бурбонской произошло в деревне.

– А-а-а, – протянула Анна.

– Как вы попали туда? – договорила я. – Кто подсказал, где искать дом? У кого вы его снимали?

– Господи, да зачем вам эта ерунда? – отмахнулась Анна.

– Иногда то, что на первый взгляд кажется мелочью, является очень важным, – ответила я.

 – Если не секрет, расскажите.

Анна показала на кресло:

– Садитесь, дорогая. Никаких тайн нет. Дело давнее, я в то время была бедная женщина. Леночка дохленькая, тощенькая, бледная, всю зиму болела. Врач посоветовал отвезти ее на море. Прекрасная идея, но не осуществимая из-за отсутствия средств. Сейчас многие говорят: «Ах, в советские времена жизнь была стабильная, метро стоило пять копеек, а батон хлеба тринадцать». Не спорю. Я отлично помню цены. Между прочим, хлеб за двадцать пять копеек был лучше.

Килограмм сыра – три рубля. Колбаса – два двадцать. Если зарплата восемьдесят целковых, не очень-то разгуляешься. А уж про одежду я промолчу. Обувь! Нога у ребенка растет! Ахнуть не успеешь, ботинки уже малы. Короче, не было у меня денег на юг ездить. Даже если дикарем поехать, потратиться надо основательно: билеты туда-назад, пусть даже в плацкарте, даром не дадут, комнату снять стоит не две копейки, продукты тоже не подарят.

Анна улыбнулась.

– А потом прямо чудо случилось. Мы с Леночкой часто в мае ходили в парк, я на скамейке сидела, девочка белок кормила, уточек.

Число, наверное, было пятое, шестое. В парке пусто, суббота, погода прекрасная, народ на выходные уехал на дачи. Тогда много дней подряд, как сейчас, не гуляли. Подсаживается ко мне женщина, очень милая, говорит:"

"– Простите, что мешаю вам отдыхать. Мне предлагают сюда переехать. Какой здесь район? Я Кира. А вас как зовут?

Я ей все рассказала, Леночка подбегает, семечки для белочек берет. Кира спрашивает:

– Что вы в городе сидите? Девочку надо бы в деревню вывезти.