Моя навсегда

– Не передумала? – уточнил он, и я замотала головой.

Митя с жалостью или презрением, я не поняла, посмотрел на мои матерчатые полуботиночки на белой пластиковой подошве, затем стащил с себя кожаную куртку и протянул мне.

– Нет, не надо, – покачала головой я.

– Даже не вздумай возражать. Или не поедем, – сказал он строго.

Я натянула сначала куртку, затем шлем, который был мне велик. Митя затянул его на моей безумной голове, как мог, но все равно я чувствовала себя этаким космонавтом-недоростком, у которого из-за забрала вместо рта торчит нос, а верхний край наезжает на глаза.

– Может, без него?

– Без него пешком ходи, – отрезал Митька. – Значит, садишься за мной, упираешь ноги вот сюда, – он показал, куда упираться, – и держишься за меня изо всех сил, не отпускаешь ни на секунду. Вот тут есть еще ручка, если хочешь, можешь держаться за нее.

– Я буду держаться за тебя, Митя, изо всех сил, – сказала я с улыбкой.

Что-то меня выдало. Митя остановился, замолчал и внимательно посмотрел.

– Ты точно в порядке? – спросил он, и я кивнула со всем возможным энтузиазмом. – Ладно, значит, имей в виду, что, вообще-то, я тебя в такой одежде не должен сажать, но раз уж мы решили, сиди вплотную ко мне, не нужно стесняться или еще как-то пытаться решить эту проблему.

– Я никогда тебя не стеснялась, – ответила я. – Может, уже хватит инструктажа? Поехали?

– Нет, не хватит. Имей в виду, мне нужно будет разгоняться и тормозить. Я, конечно, буду потихонечку, но все равно ты должна понимать, что инерция тебя потащит. Держись за меня и реагируй телом. Прижимайся, если я разгоняюсь, сопротивляйся инерции при торможении.

– Идет.

– Если я склонился в сторону, тоже склоняйся. И не бойся. Я тебя не уроню.

– Я не боюсь, – соврала я. Я боялась – не то слово, я была в ужасе, но мотоцикл тут был ни при чем.

– Смелая ты моя. В любом случае, если тебе нужно что-то сказать или тебе стало страшно и ты хочешь, чтобы я остановил, просто сожми мне руку вот здесь, – он сжал мое предплечье. – Договорились?

– Да я сейчас уже сама сяду и уеду, если ты будешь продолжать трепаться! – с вызовом выпалила я.

Митька хмыкнул.

– Так, значит. Ну, о’кей, значит.

Митя перекинул ногу, проверил что-то в своем мотоцикле – красивая, красно-черная штуковина завораживала и заставляла трепетать. Господи, я что, всерьез собираюсь это сделать? Но вот двигатель взревел, и Митька кивнул мне. Я закатила свою юбку-торшер, оголяя ноги до неприличия, и перемахнула через сиденье мотоцикла, как через велосипедное седло. Кожаное сиденье было упругим и горячим, накалилось на солнце. Я усмехнулась. Эротическое путешествие, да и только.