Моя фамилия Павлов (СИ)

Правда надо отдать должное, с противотанковыми средствами у финнов было не очень, но экраны, хоть и утяжелили танк, зато добавили ему защиты и в целом он очень хорошо выступил в этом конфликте, хотя честно говоря уже устарел. Представляю себе, если бы Т-28 и Т-35 появились в царской армии во время Первой Мировой войны, хотя с теми царскими генералами просрали бы их только так. Новые бронетранспортёры тоже показали себя очень хорошо, и хотя среди них и были достаточно большие потери, но ведь и броня у них, не противоснарядная, а противопульная и уже крупнокалиберный пулемёт или обычные бронебойные патроны она не держит, особенно вблизи.

19 января 1940 года, Кубинка.

К 10 часам утра на полигоне в Кубинке стали собираться высокопоставленные начальники. Приехали Ворошилов, Шапошников, Тимошенко, Будённый, Конев, Кулик, Жуков и разумеется я, а кроме того приехал и Сталин. Все разместились в бункере для начальства, а в километре от него развернулась батарея «Смерчей» из 6 установок на колесном шасси, в качестве которого выступили американские шеститонные грузовики. Машины имели бронированные кабины с опускаемыми защитными щитами для стёкол.

С другой стороны бункера на поле разместили три десятка списанных старых танков, бронемашин, грузовиков и деревянных щитов имитирующих солдат потенциального противника. Кроме того тут присутствовало и несколько бригад кинооператоров, которые снимали всё происходящее на киноплёнку. Три бригады снимали установки залпового огня, спереди, сбоку и сзади, а еще три, правда на безопасном для себя расстоянии и на всякий случай в вырытых блиндажах, поле полигона, по которому должен был быть нанесён удар и тоже с трёх сторон.

После приезда Сталина, машины вышли на боевую позицию и спустя пять минут нанесли удар. Зрелище было просто фантастическое, на грузовиках стояли короба с пусковыми трубами, блок направляющих 5 на 8, всего 40 ракет в пусковой установке, а учитывая, что в батарее было 6 машин, то и залп составил 240 ракет, которые все вылетели за 40 секунд. Расстояние приглушило звук запуска, но вид стартующих ракет был фееричен, а затем все смотрели на мишени, которые все мгновенно скрылись в пелене разрывов.

Конечно летом это было бы зрелищней, но и так, когда опала снежная пыль, поднятая разрывами ракет, то все увидели горящую и местами перевёрнутую технику и разнесённые щиты, имитировавшие пехоту противника."

"Все ошарашено смотрели на то, что осталось от мишеней, а я предложил переехать в соседний бункер наблюдения, для показа уже гусеничных установок. Все без возражения переехали в соседний бункер, в двух километрах от этого. Кинооператоры тоже перебрались на новые места съёмки.