Мой родной чужой

И раньше ты не был против того, чтобы он помогал нам вместо тебя, а сейчас обвиняешь, что для него есть место в моем сердце? Я никогда не видела в Филе мужчину, я любила только тебя. А теперь я тебя ненавижу…

Я не могла остановиться. Не кричала, но выплевывала слова, они, словно кровь, вытекали из раны толчками. Раны, где муж нанес мне смертельный удар в спину. Было больно, очень больно! И хотелось причинить ему хоть какую-то боль. Он даже не понимает, как сильно меня обидел, не считает секс предательством.

— И знаешь что? Ты прав. Фил действительно достойный мужчина. Он верит в меня, помогает во всем и всегда рядом. Жаль, что я не в того мужчину влюбилась. Он бы меня не предал.

И снова повернулась к гостиной. Так хотелось принять душ, чтобы смыть с себя то гадливое чувство чужих женщин, которыми пропах Женя. Но я понимала, что мне никогда не отмыться ни от Жанны с ее словами “Приказывает — сосу”, ни от рассказов Филла о той, второй. Оставалось просто забраться с головой под одеяло и выплакаться вволю.

— Зато ты для него не друг! Я запрещаю тебе с ним общаться, слышишь! — закричал Женя мне вслед. Я обернулась и хотела бросить в ответ что-то резкое, но он, словно лавина, обрушился на меня. Ни вздохнуть, ни двинуться, только застыть и смотреть на неминуемое приближение разрушающей стихии. Именно ей стал мой муж.

— Ты моя. Вся и навсегда. — Его крепкие руки встряхнули меня за плечи так сильно, что я аж зубами клацнула. — Забудь о разводе, о Филе, о других мужчинах. Не зли меня, Лара. Я не шучу. Если ты сейчас выпустишь этого джинна, так легко обратно его уже не загонишь. То, что я все это время был нежен с тобой, не значит, что я не могу быть другим. Поверь, тебе не понравится моя темная сторона.

Я смотрела в любимые когда-то глаза и не видела ничего, кроме черноты. Это был не мой Женька. Передо мной появился зверь, который готов сражаться за свое до последней капли крови. И не факт, что своей. Скорее уж врага. Стало очень страшно, но я не имела права отступить. Я понимала, что жить с этим человеком я больше не смогу. А значит, мне нужно бороться за себя и за девочек. Даже если та последняя капля крови станет моей — я не сдамся. Подняла голову и, собрав все свое мужество, холодно проговорила:

— И не подумаю. Ты был нежен со мной? Не смеши. Ты выставил меня идиоткой, унизил и растоптал. — Шагнула к нему и, сузив глаза, прошипела: — Какое право ты имеешь приказывать мне, на кого смотреть, а на кого нет? Ты утратил его в тот момент, когда мне изменил… В самую первую свою измену, слышишь? И может быть, я бы простила ее — одну, совершенную по глупости. Но тебе было мало растерзать мое сердце, ты захотел раздавить все светлое, что было между нами. И каждая последующая твоя измена забивала новый гвоздь в гроб семьи.