Но по распростёртым рукам и закрытым глаза и так ясно, что перед нами неживой человек.
Я зажмуриваюсь… боже… боже мой! Кровь стынет в венах, а тело будто парализует от страха.
— Идём, — рядом с ухом раздаётся тихий шёпот. — Надо быстро пробежать по освещённому двору к заднему входу, — отдаёт команду он. — Сможешь?
Я киваю, хотя смысл его слов доходит до меня с трудом.
— Посмотри на меня, — мужчина, видимо заметивший мой стеклянный взгляд, берёт меня за плечо. — С тобой не случится ничего плохого, если ты будешь чётко исполнять все мои команды. Это ясно?
Его тон спокоен и ровен.
Палач заходит в небольшой домик охраны.
Там стоят камеры наблюдения.
Какое-то время он переключает их, наблюдая за обстановкой.
Звук с камер не передаётся, только изображение.
Я только-только приглядываюсь к экрану мониторов, как внезапно до нас доносятся звуки выстрелов.
Не говоря ни слова, Хозяин встаёт с места и хватает меня за ворот пиджака, выволакивая на улицу.
— По моей команде, — негромко говорит он. — Бежишь быстро, не оглядываясь, и не останавливаясь.
Я испуганно киваю.
— На счёт три, — говорит он, аккуратно выглядывая из-за угла дома. — Раз. Два. Три!
Ничего не видя перед собой от страха я начинаю бежать, успеваю лишь заметить краем глаза, как Палач выходит из-за дома и оглядывает пространство двора.
Я слышу какие-то голоса и победные крики.
А потом слышу выстрелы, такие громкие, что закладывает уши.
После каждого из них я пытаюсь понять, попала ли пуля в меня, или нет.
Но из-за бушующего во мне адреналина я почти ничего не чувствую.
Добегаю до двери кухни. Распахиваю её и оказываюсь внутри.
Повинуясь странному, почти детскому желанию поскорее спрятаться, я падаю на колени и заползаю под стол, покрытый длинной скатертью.
Затыкаю ладонью себе рот, чтобы случайно не издать какой-нибудь звук. Боже… боже мой… это какой-то страшный сон. Это всё мне просто снится. Закрываю глаза и пытаюсь представить себя в другом месте. В домике на дереве, где мы с братом раньше прятались, когда были детьми.
Не знаю, сколько ударов сердца я успеваю сосчитать, прежде чем звуки выстрелов во дворе стихают.
Я боюсь выбраться из-под стола.
Сама не знаю, почему, но я вовсе не желаю смерти Ему. Даже наоборот. В моей импровизированной молитве находятся слова о… Палаче.
Не уверена, конечно, что Бог слышит меня, когда я прошу его за такую грешную душу, но я не оставляю попыток.
Пожалуйста…
Прошу…
Внезапно дверь с грохотом распахивается, а я невольно делаю громкий вдох.
Тяжёлые шаги заставляют паркет поскрипывать.









