Мой личный ад

Он не дал Кену увести меня, сам взялся провожать. Я не сразу поняла, что он ведет меня не к станции, а туда, где все оставляют машины.

— Вы с ним и до этого были знакомы? С Эриком?

— Да, — кивнула Оля. — Артура как-то забрали менты за драку, и я с ним была. Он велел позвонить дяде. Я «Властелина» перечитывала, когда Эрик пришел. Он, видимо, читал у меня через плечо, спросил, почему такой странный выбор. Пришлось признаться, что описание Пеленорской битвы успокаивает даже лучше отжиманий. Видимо, это и сыграло мне на руку в тот знаменательный день на Севере. Я ждала, что он просто отвезет меня в город, но Эрик рассказал, чем вы занимаетесь, что Кен не изменяет мне, предложил остаться, посмотреть бои. Разумеется, с условием, что я все сохраню в тайне. Само собой, я осталась сначала на день, а потом и на неделю.

— Само собой, ага.

— Кен был против, он вообще меня игнорировал. И дядьку бы уговорил от меня избавиться, но Стейна вмешалась. Мы с ней очень мило поговорили, она встала на мою сторону. Солидарность, наверное. В общем, двое Старших — за и Кеннет против, так что я осталась.

— Понятно, — проговорил Гриша, чуть запнулся, но все же решил наконец озвучить так долго мучавшую его мысль: — Оль, а ты не думала, что Кен запомнил тебя в тот вечер, когда мы были в клубе?

— Нет, — отрезала Князева.

— Почему? Как вы вообще познакомились? Ты искала с ним встречи?

«Я искала встречи с тобой, идиот», — подумала Ольга, а вслух сказала:

— Я просто осталась после концерта Стейны в клубе, он тоже там был.

— Это не значит, что он тебя не узнал.

— Не узнал, Гриш. Я сама его не сразу узнала. Просто увидела знакомое лицо и глазела, пытаясь вспомнить, а он заметил и подошел.

— Но…

— Да без но. Это бред. Он видел меня в тот вечер мельком. Спустя четыре года узнать девчонку из клуба… Нереально. И уж точно не в духе Артура запоминать лица каждой встречной поперечной.

— Ты была со мной…

Ольга аж глаза закатила.

— Ты так зациклен на себе, Гриш. Неужели так сложно принять, что я просто понравилась ему? — начала закипать она.

— Господи, да не в этом дело. Просто Савицкий спит и видит, как бы добраться до меня. Один на один нам не дали разобраться нормально, поэтому он действует через тех, кто мне дорог.

— Ну и опять мимо, Гриш. Не особенно я тебе была дорога, ты меня вроде как по бороде пустил. И нехрен теперь придумывать сказки, в которых весь мир крутиться вокруг твоей божественной персоны.

— Ты не понимаешь.

— Куда уж мне!

Ольга встала с кровати, стала искать трусики, намереваясь одеться и положить конец этому разговору и их свиданию.

— Постой, Оль. Не уходи, выслушай меня, — вцепился в нее Птицын мертвой хваткой, затаскивая обратно в постель.

Оля сжала губы, но не вырывалась. Гриша счел это за позволение говорить.