Мой бывший темный (СИ)

 — Тогда убирайся обратно в свой подвал!

— Но… — возвращаться не хотелось, вдруг удастся потянуть время, остаться здесь и найти телефон, чтобы позвонить Виктору? Или докричаться до соседей? Из окна выпрыгнуть и сбежать? — Я пойду сегодня на спектакль?

— Я еще не решил, — чуть сдержаннее ответил он.

— О, то есть, еще, может быть, пойду? И даже кулон отдадите? — удивилась я искренне.

— Это еще зачем?

— Зачем? Еще спрашиваете? Сами же подставили меня! Натравили полицию с этими обвинениями…

— Ты о чем? — в голосе мелькнуло глухое раздражение, а я на мгновение впала в ступор.

— Как… то есть, микросхемы… фальшивые деньги… это не ваших рук дело?

— Я понятия не имею, что ты несешь.

В этот момент в дверях кухоньки снова появился Руслан. Раис поднял на него суровый взгляд.

— Запри ее в подвале. Нам надо хорошо подготовиться."

"Может быть, мой биологический папаша просто хороший актер? Ну не зря ведь я всю сознательную жизнь хотела играть на сцене, от кого-то же таланты должны были достаться.

А ведь так все сходилось. Раис узнал, что у него есть дочь, стал искать ее, чтобы укрепить свое положение, так как женщины-оборотни редки.

Потрясла головой. «Женщина-оборотень». Даже не верится, что я на полном серьезе думаю обо всем этом. И, тем не менее… если меня подставил не Раис, то тогда кто?

Или все-таки это сделал он? Ведь кто-то же отправил двух оборотней в дом к бывшему. И помог братцу выследить и похитить меня.

Может, я что-то упускаю? Или задаю неправильные вопросы?

Руслан подхватил меня под локоть, потянув вверх.

— Осторожнее, — попыталась выдернуть руку, но хватка молодого оборотня была крепкой, — я все-таки беременна.

— Если скинешь, все здесь будут только рады, — вместо парня огрызнулся Раис. — Валите уже, давайте!

Он оглушительно ударил ладонью по столу.

Внутри все буквально сжалось от громкого звука, я на миг вжала голову в плечи. А затем разозлилась на себя. За этот липкий страх, струящийся по спине. Этот мужчина — насильник, возможно, убийца и вообще не самая приятная личность.

Упрямо стиснула зубы и вскинула подбородок:

— Судя по тому, что вы договариваетесь о переговорах, где я и мой ребенок станут главной разменной монетой, вы очень, очень не обрадуетесь, если с малышом хоть что-то случится. А уж как не обрадуется Виктор… Стоит ли говорить, что в этом случае у вас не останется и шанса получить желаемое?

— Ты ничего… — он говорил с нажимом на каждое слово, — не знаешь о моих желаниях. Вон.