Мой бывший темный (СИ)

— Мне остановиться?

Я не сразу поняла, о чем речь:

— Не надо, пожалуйста… Не останавливайся.

Он тихонько рассмеялся.

— Ну раз ты просишь…

Внутри все сладко сжалось от предвкушения. Осталось лишь чуть-чуть податься вперед, навстречу обуявшей обоих страсти."

"Уже когда мы оба достигли наслаждения, я без сил обмякла в его объятиях, Виктор подхватил меня на руки.

— Эй! Куда ты меня несешь? — обхватила его шею, боясь упасть.

Не то чтобы не доверяла, но ведь сейчас я была беременна, вдруг он меня не удержит, я выскользну, ударюсь?

— И вообще, ты же пришел за какой-то папкой, тебе ведь пора на работу.

— О, да. Сначала примем душ, а затем… — он сделал паузу, коварно ухмыльнувшись. — А затем снова примемся за работу.

— Фу! — искренне рассмеялась я. — Пошлые намеки были в ходу в позапрошлом веке?

— Пошлые намеки в ходу во все времена, — поддержал он шутку, внося меня в ванную, — они объединяют.

Глава 10

Уже после ванной, счастливая и разморенная, я уснула, несмотря на обеденный час, на кровати, куда Виктор отнес меня.

Проснулась от того, что кто-то настойчиво царапал по моей ноге коготками.

— Кошка!.. — отмахнулась я, с трудом вырываясь из объятий сна.

Воспоминания тут же налетели на меня. Я вспоминала, как сама же соблазнила Виктора, как мы целовались, и… затем продолжение в ванной. Боже! Неужели все действительно случилось!

И как теперь себя вести? Что это все значит? Мы с ним помирились?

— Мяу! — неугомонное создание напомнило о себе, продолжая царапаться.

— Сейчас, сейчас… — я с силой протерла глаза, пытаясь взбодриться. — Идем, ты, наверное, голодная.

«Как, впрочем, и я».

На кухне солнышко светило прямо в окошко. Весело, по летнему, несмотря на снег за окном.

Положила корма в миску для кошки, затем решила приготовить чего-нибудь для себя.

Может быть, попробовать сделать романтический ужин? Или Виктор есть все равно не будет? Хотя ведь ел же он обычную еду, когда мы с ним встречались… по крайней мере, мне казалось, что я точно помнила, как он ел.

— Мяу! — я обернулась на протяжный звук и тихонько про себя выругалась.

Когда только эта засранка успела? Она сидела прямо за окном и смотрела на меня сквозь стекло.

— Кис-кис-кис… — позвала я, но та лишь, игриво махнув хвостом, спрыгнула прямо в снег. — Вот чертовка!

Я выругалась, подошла к окну, продолжая звать ее, но маленькая вредина лишь сделала несколько шагов прочь от дома.

Всплеснув руками, бросилась в коридор, застегнула куртку, натянула шапку и, сунув ноги в сапоги, приоткрыла дверь.

— Кис-кис-кис! — снова позвала я, увидев, как кошка пробирается от окна к дорожке, ведущей к вишневым деревьям, припорошенным снегом.