12
0Знала по мужчинам, что жили с ней в доме. Но Андрей убрал от своего лица ее руки тогда, не дал ей коснуться его, а только дальше повел к гостиной, где их уже ждали Михаил Львович и его тетушка. А после положенных случаю приветствий ее не попросили пройти в кабинет отца, а выслали, как маленького ребенка в парк, где продолжалась игра в лапту, не позволили присутствовать на обсуждении ее будущего. Это только разозлило Анну, а тот взгляд, которым наградил ее Андрей прежде, чем уйти вслед за лакеем, что провожал гостей к кабинету, только усилил ее тревогу.
Анна едва дождалась тогда, пока вернется из парка Петр, ушедший этим утром стрелять по мишеням, пока переменит платье к обеду и спустится вниз. Она отлично помнила, как вспылил Петр, когда отец сообщил ему о том событии, что предстоит вскоре в их семье, как вдруг подскочил с кресла, резко встал перед столом отца.
— Это невозможно, papa! Анна не может согласиться на этот брак! Это немыслимо!
Анна уже говорила с братом до завтрака о том, что дело сделано, чтобы тот готов был платить по счету за проигрыш в пари. От души поддразнила его с улыбкой на губах, разозлившись его неверию своим словам. Но о том, что согласие дала, умолчала отчего-то, скрыла от Петра. Предоставила сообщить о том Михаилу Львовичу, когда тот позвал детей к себе в кабинет после завтрака."
"— Анна уже дала свое согласие, Петр. Дело решено, — отозвался на его реплику Михаил Львович, явно недоумевая поведению сына. — Как только будет получено разрешение из полка и благословение мадам Олениной на этот брак, будет сделано соглашение. Отчего ты против сего, mon cher? Коли ведаешь нечто, от чего я должен отозвать свое согласие, так и скажи, а не маши мне тут кулаками со злости. Ведаешь что? Мот он? В азарте замечен? Или что похуже? Анна, выйди, душа моя, сделай милость.
— Ну, уж нет! Это и мое дело, разве нет? — Анна смело встретила взгляд Петра, брошенный на нее через плечо. — Это мой нареченный, и я имею полное право знать, какие препоны могут встать на пути к тому, что уже решено, позвольте напомнить!
— Это переходит все границы! — вдруг и Михаил Львович вскочил со стула, встал, упершись кулаками в стол. — Все границы мыслимые! Анна Михайловна, коли я прошу выйти вон, вы должны встать и последовать моим словам! А вам смею напомнить, Петр Михайлович, что мои решения, коли приняты, обсуждению подлежать не могут. А я таковое принял! Андрей Павлович вполне достойная персона, чтобы составить счастье твоей сестры, судя по тому, что я наслышан, и судя по тому, что вижу собственными глазами. Коли есть, что сказать — говори, а нет — поди-ка вон, милый! Вскорости прибудет Модест Иванович, и у меня нет времени досужего выслушивать возражения моим решениям.
