3
0Бляаадь!
По телу прокатывает острая волна возбуждения.
— Не смотри на них, извращенец!
— Сама такая!
Полина уже надела нижнее бельё и тут же вырвала купальник у меня из рук.
Выезжаю с парковки, слушая её напряжённое дыхание.
Атмосфера какая-то тяжёлая, надо бы разрядить обстановку. Банально просто отвлечься….
Подключаю айфон к аудиосистеме машины. Врубаю панк-рок, и жду, когда систер начнёт вопить, чтобы я выключил. Но, к моему удивлению, она не только не просит выключить, а даже подпевает моей любимой группе! Смешно трясёт волосами и настукивает в такт воображаемыми палочками по воображаемой барабанной установке!
— Тебе тоже нравится «Ramones»?
— Ага! — беззаботно отвечает, глядя в окно. — Я пока была в Майями, всё время их слушала.
— Почему ты оттуда раньше вернулась?
И зачем я спрашиваю? Мне же неинтересно!
— С матерью поссорилась, — пожимает плечами.
Вспоминаю развратную мачеху и уже в очередной раз удивляюсь тому, как такое порочное существо могло вырастить такую милую, невинную и… ТАК! ПРОСТО СЕСТРУ!
Снова мотаю головой. Чёрт! И когда я уже привыкну думать о ней без умысла?!
— Из-за чего поссорились? — говорю монотонно, стараясь не смотреть на неё.
— Да так… вообще это не твоё дело! — внезапно краснеет и огрызается.
Хмурюсь и молчу.
— Извини, — качает головой Полина. — Ты не виноват, что спросил… Просто я остро реагирую на всё, что связано с матерью…
— Да уж, — усмехаюсь. — Она у тебя тот ещё фрукт…
— Почему? — Полина хмурится. — Она сделала или сказала что-то не то?
Да, малышка, вообще, до хуя всего «не того» творит твоя сумасшедшая мамаша. Но я тебе об этом говорить не собираюсь. Иначе вы снова с ней поссоритесь.
— Нет, — отвечаю с деланным равнодушием. — Просто заметил, что твоя мать довольно эксцентричная, не более того.
Полина оборачивается ко мне и несколько секунд молча вглядывается в моё лицо. Потом вздыхает и снова отворачивается к окну.
Мы уже подъезжаем к парковке колледжа, и я останавливаюсь.
— Приехали, Пончик.
— Эй! — она морщит свой милый носик. — Не называй меня так!
— Почему это?
— Меня только мама так называет.
— Ну… я же тоже родственник?
Оборачиваюсь к ней, и в этот момент мы оба чувствуем неприятное напряжение от этих слов. Твою ж мать! Чёрт меня за язык дёрнул сказать это!
Полина краснеет. и её щёки становятся яркими словно наливные яблочки."
"— Ладно, мир? — протягиваю ей ладонь для рукопожатия. Когда она так мило смущается, я даже готов простить ей то, что она закрасила мою картину. Я тоже вёл себя дерьмово, так что можно просто забыть всё, что было между нами и просто начать с чистого листа. Как брат и сестра.
— Мир, — наконец отзывается Полина. Жмёт мою ладонь и открывает дверь.
