2
0
– Ты до сих пор хранишь нашу фотографию с Рождества, – задумчиво произносит Кэш скорее больше для себя, чем для меня.
Мое терпение подходит к концу. Сорвав с себя простынь, я встаю с кровати, одергивая подол сорочки, однако она совершенно не скрывает моих оголившихся ног.
Меня тут же охватывает раздражение. Разве я должна волноваться, что меня увидит Кэш в таком виде? Уверена, он был свидетелем более откровенных участков тела у девушек.
Я подхожу к Кэшу и вырываю из его рук свою книгу.
– Только из уважения к нашему прошлому я не стану устраивать скандал. Уходи отсюда. Немедленно!
– Только из уважения к нашему прошлому я не стану делать того, что хотел сделать.
– И что ты собрался делать? Зачем ты вообще забрался в мою спальню? – я стараюсь держаться спокойно, подавляя в себе желание проехаться книгой по его ухмыляющемуся лицу.
Кэш пожимает плечами.
– Я уже говорил. Твой отец запретил мне к тебе приближаться, а я ненавижу запреты.
– Все дело в банальном запрете? Как минимум, это неоригинально. Я думала у тебя более богатое воображение.
– Что ты еще думала обо мне? – спрашивает Кэш, пока его глаза нагло скользят по моим ногам.
Я тут же поджимаю пальцы на ступнях. Мне явно не нужно было говорить последнее предложение. Неужели, я настолько плоха в том, что пытаюсь утаить от Кэша?
– Не льсти себе. Я совершенно не думаю о тебе, – я кладу книгу на стол, чтобы не запустить ею в Кэша, и добавляю. – Не считая того, что ты ведешь себя по отношению ко всем, как подонок.
Обычно, я более дружелюбна с людьми и не употребляю подобных слов. Но Кэш заслуживает такого обращения. Вчера он унизил старшеклассницу на парковке, в академии запустил мяч в Джека, а сегодня ночью бесцеремонно забрался в мою спальню.И в мой сон.
Внезапно Кэш протягивает руку и обхватывает мое запястье. Я ахаю, когда он усаживает меня к себе на колени и сжимает талию, притягивая близко к себе. Так близко, что между нами остаются крохотные, ничтожные дюймы пространства.
– Ты понятия не имеешь, каким я могу быть подонком, – шепчет Кэш, и в тишине спальни он звучит, как гудок поезда. – Но я никогда не буду таким с тобой. С кем угодно, но не с тобой.
Я упираюсь в его грудь руками. Три года назад он вычеркнул меня из своей жизни. А теперь заявляет, что я для него что-то значу. Зачем Кэш разбрасывается такими словами? Неужели он думает, что я в это поверю?
– Отпусти меня, – шиплю я себе под нос."
"Кэш не дает мне освободиться. Крепче сжимая мою талию, он настойчиво удерживает меня у себя на коленях. Стиснув зубы, я пытаюсь соскользнуть по его бедрам в надежде отстраниться. Я чувствую, как подо мной напрягается Кэш.
– Ким… – низко рычит он. – Еще несколько твоих движений, и я не буду сдерживаться, черт возьми.
